Игорь сообщил, что был у директрисы, она сказала, что сведений о выпускниках не ведется – никаких шкафов не хватит: школа большая. И он послал запрос в УВД Костромской области, чтобы выяснили у родителей Гниденко, в каких школах учился сын.

– Как вариант поиска – может быть, но слишком долго, – оценил старания Савушкин.

А Сергей молча вытащил снимок. Это была точно такая же фотография, сделанная после окончания восьмого класса.

– Вот этот похож на Гниденко! – показал он. – Надо отдать на экспертизу, чтобы идентифицировали.

– Не надо! Это он. А вот это, – Никита не отказал себе в эффектной паузе, – кто бы вы думали?

Ребята переглянулись.

– Столетов. Такую же фотографию я только что видел у классной руководительницы этих ребятишек.

Он взял снимок и пошел к Брагину. Тот на крутых тонах говорил с кем-то по телефону.

Когда Константин закончил, Никита положил перед ним фотографию.

– Восьмой «А» класс. Это – Цуценя. Это, – ткнул пальцем во второго, – Гниденко. А вот этот красавчик – Столетов. Требуется выяснить, где Безденежный?

Брагин перевернул бумажный прямоугольник, лежавший перед ним. Это оказалась фотография.

– Вот тебе Безденежный.

Шеф был явно обескуражен неожиданным результатом.

– Возьми, отдай экспертам, может, и опознают его среди этих щенков.

Никита поручил Кошкину работу с экспертами, а Вьюжанину протянул список 10 «А», переписанный из учительского альбома.

– Надо определить адреса бывших учеников этого несчастного класса. И предупредить людей. Неизвестно, кто еще у него в списке. Потом к тебе подключится Сергей.

Через полчаса появился возбужденный Кошкин.

– Положительный результат? – сдержанно спросил Савушкин.

– Хуже! – Сергей положил перед Никитой сложенную вчетверо газету.

Красным маркером была отчеркнута заметка.

«НАЙДЕНА ТРЕТЬЯ "ЦЕМЕНТНАЯ ГОЛОВА". Похоже, маньяк по кличке Скульптор вышел на большую дорогу. Еще один страшный труп найден у забора Домодедовского кладбища. Убийца зарывает свои жертвы по грудь, убивает, затем заливает цементом…»

– Черт побери! – Никита отшвырнул газету.

– Какая сволочь снабжает их информацией? – поддержал негодование Сергей.

– И спасибо, что снабжают! А то бы и не прознали… Подними все оперативные сводки за неделю по Московской области и ко мне. Как мы могли упустить?

Через несколько минут Сергей принес страничку с информацией.

– Ну вот, – расстроился Никита, – какой дурак без воображения мог это написать: труп скрыли под слоем цемента!.. Едем в Домодедовское УВД.

Местный начальник уголовного розыска находился в отпуске, его заместитель заболел, а двое молодых сотрудников долго вспоминали, кто передал информацию об убийстве в ГУВД по Московской области. Не вспомнили – замылили. Никита и не настаивал. Забрал фотографию и сказал, что через два часа сообщит им фамилию покойного. Ребята просветлели: уже рассчитывали, что будет глухой «висяк». Он взял с собой паренька, который провел предварительное следствие, все его протоколы осмотра места.

– Вот так мы работаем! – сокрушался Никита в машине. – И прокуратура тоже прошлепала очевидное… Везде одна бестолковая молодежь осталась! Умники к боссам подались. Вот ты тоже оперишься – и смоешься на сытые хлеба, – сказал он Кошкину.

– Не смоюсь! – проворчал Сергей. – Холуем быть – не в моем характере.

Парень-домодедовец помалкивал.

Они вернулись, а в управлении шло расширенное совещание с представителями Генеральной прокуратуры и Департамента уголовного розыска МВД.