Дремлющий неподалеку Шак забеспокоился только через несколько часов - то есть, преследователь где-то недалеко. Поднял мужчин и подростков, организовал круговое наблюдение, а сам стал наблюдать за приманкой - через триста метров водной глади место отплытия неплохо видно, хотя самого предмета в хорошо подросшей траве не разглядишь. Есть, появился кот. Точно такой же, как и в прошлый раз, если об этом можно уверенно судить с такого расстояния. Силуэт, характерные движения - более мелких деталей не видно. И конечно, он сожрал птицу, несмотря на то, что уж муравьи-то её наверняка облепили. Да и мухи не могли пропустить подобный пир.

Стрелять с такого расстояния Вячик не стал. Он и на сотню метров ни в чём не уверен - его коронная дистанция метров тридцать. По оленю - пятьдесят.

- Большеклык принял угощение, - послышался рядом голос старшего из мужчин. - Он уйдёт, но обязательно вернётся.

Вячик только плечами пожал - яд действует далеко не мгновенно. Девчата из лаборатории при участии "доцента" Мэг не с первого раза подобрали состав из трав. Тогда он ещё слышал, как они рассуждали о том, какая из них именно та самая беладонна. И не болиголов ли она? И как правильно называть вот это - Волчья Ягода, Вороний Глаз или Борец. Вячику известно, что всё это отравы, но в тонкости применения ученых терминов он не лез.

Через час сел в лодку, свистнул Шака и позвал с собой всех троих мужчин. Все четверо подчинились весьма неохотно. Особенно жалко выглядел шакал, пришедший откуда-то с противоположного края островка. Трясся, поджав хвост, смотрел пришибленным взглядом, но в лодку забрался.

И след взял, поминутно оглядываясь на "хозяина" - зверя не на шутку плющило. Природный страх, врождённые рефлексы и обретённая в жизни осторожность противоречили воле господина, которому он доверял больше, чем половину своей жизни. Охотники тоже страшились надвигающейся темноты и очень нервничали. Но у них была гордость. И кое-что ещё - Через полчаса преследования, увидев "тигру" без полосок, замершего в гуще колючих кустов, мужчины мгновенно ринулись на него и принялись колоть в самые жизненно важные места - тот факт, что зверь беспомощен, пока не дошёл до их сознания. А потом это уже не имело значения - количество ранений несовместимых с жизнью было столь велико, что сомнений в смерти хищника не оставалось ни у кого. Осторожный Вячик насилу отозвал разгорячившихся охотников в сторону и сделал из арбалета "контрольный" выстрел в голову. Надо же, насколько живучая тварь - лапы дёрнулись и заскребли по земле!

Подождал, пока всё стихнет, и нанёс ещё один удар топориком - теперь точно всё. Когда извлёк обратно болт, с удивлением увидел, что мужчины плачут. Двое. Третий говорит им слова утешения. У одного эта тварь убила брата, а у второго - женщину.

Снимать шкуру смысла не было. Обухом выбил из верхней челюсти клыки - они не так длинны, как у картинного саблезуба, но наружу заметно выставляются. То есть - на крупную дичь. Шак так и простоял в стороне, не смея верить своим глазам. Во взгляде его, направленном на хозяина, была только преданность.

Засветло, хотя и в сумерках, успели вернуться "в расположение", по пути прихватив дров. Остальное - утром.

- Что будет дальше, Тан Вя Чик? - утром племя с интересом смотрело на проснувшегося юношу.

- Я познакомлю вас с Бо Таном. Садитесь в лодку - путь займет время до высокого солнца. А потом вы сами решите, что будет дальше - я перестану быть вождём.

- Ты великий Ша Ман. Останься с нами, - проговорил старший. - Эта девушка согреет тебя ночью, - показал он на привлекательную даже в заморенном виде малолетку.

- Там, куда мы поедем, много могучих шаманов, - ухмыльнулся Вячик. Один из них оторвёт мне очень важный предмет, если я прикоснусь к этой красавице. Давайте, грузитесь. У нас всего одно весло, а идти далеко.

***

На чужаков посёлок произвел просто ошеломляющее впечатление - место, где одновременно действует около пятидесяти человек для этого мира круче, чем толчея мегаполиса для жителя глубинки.