В озере, через которое проходили, осваивали управление парусами. Димка и Лёха проводили обучение. Заодно и свойства новых корабликов проверили - против ветра, они, конечно, не шли, но градусов до семидесяти - семидесяти пяти ещё продолжали двигаться носом вперёд.

- Дим, где ты набрался этой премудрости? - поинтересовалась Ленка, очередной раз наклоняя голову, чтобы пропустить над нею гик.

- Ничего я не набирался, - смутился Димка. - Ну наткнулся как-то на связку журналов за семьдесят лохматые годы, полистал, по интернету полазил. Там картинки были классные. В журналах. А остальное уже тут, своими руками. Я же не собирался в парусные моряки! Но про то, что козья нога из "Робинзона" и бермудский парус из одной бочки - помню точно. И что стаксель ставят только при попутном ветре. А с кливером так и не понял, нафига он сдался.

- А кливер у нас есть? - спросил Веник.

- Не знаю. Я его сюда не приделывал. Но между мачтой и носом у настоящих яхт что-то треугольное всегда было. Слушай, доктор Пунцов! Я тебе вовсе не доктор - тут знаю, тут не знаю, а здесь вообще - рыбу заворачивали. Я тебе что? Гайавата?

- Какой Гайавата? - не понял Лёха.

И ножом кору березы

Опоясал Гайавата

Ниже веток, выше корня,

Так, что брызнул сок наружу;

По стволу, с вершины к корню,

Он потом кору разрезал,

Деревянным клином поднял,

Осторожно снял с березы, - продекламировал Димон. - Когда эту хрень приходится слушать от бабули, которая потом даёт бабок на мороженое... ну, ты меня понял.

- Мороженое... - мечтательно закатила глаза Ленка.

- Галс меняй. Не видишь - вода меняет цвет, - одёрнул её Кып.

Все дружно пригнулись, пропуская над головой гик.

***

- Приплыли, - констатировал Кып, когда караван вышел из протоки в реку. Метров сто шириной.

"Все меряется на свой опыт, - про себя заключил Веник. - Для Кыпа это, возможно, и большая река. Хотя, для мужиков-оленеводов вполне может быть, что это точно так же".

Провожающие вышли из вагонов... Лёха, Димка и Кып уселись в свою байдарку и, ритмично помахивая вёслами, вернулись в тихую протоку. За неделю дойдут до дому, если не затеют какую-нибудь местную разведку, вроде пройти все правые повороты. С Кыпа станется. Он просто на глазах молодеет. Ну, кто же знал, что перед его обаянием не устоит Виктория - самая крупная девоч... женщина их класса. От неё местные вообще балдеют, а Ленка говорит непонятные слова типа "пятый номер".

Короче, мужик явно оттягивается за тяжело прожитые молодые... и многие другие годы. Бреется, усы отпустил, повязывает голову платком на пиратский манер и такими словечками козыряет...! Редко какую девушку не хлопнет по попке - некоторые, кажется, нарочно подворачиваются ему под руку. Не многие из местных жителей знают слово "азимут", а этот древний человек каждый день берёт их по нескольку десятков. Любит он карты рисовать.

Итак - река. Не особенно большая. Идти же по ней нужно вниз, чтобы попасть в реку побольше - вот и вся логика. Ветер встречный, день хмурый, мужчины неторопливо работают вёслами, женщины достали веретёна, а кое-кто и крючки, или спицы. Прядут, вяжут, детей утихомиривают. С лодки на лодку перекрикиваются. Вечером остановка, стряпня, санитарно-технические вопросы, ночлег в чумах - их быстро собирают из всего готового, да и невелики они. Утром ранний подъём, сворачивание лагеря, завтрак и отплытие.

И так день за днём. Река, текущая в среднем на юг, влилась в другую, направляющуюся на восток. Изгибы русла стали более плавными, а затопленные весенним половодьем берега - обширными. В отдалении можно было видеть и снег, ещё не совсем растаявший. И снова одна и та же картина день за днём. Вскоре у Веника сложилось впечатление, что они попали в Оку.