Сам же достал идеально отторцованный кусок берёзового ствола, с которого когда-то давно, ещё летом, был впервые снят цельный цилиндр коры. И стал неторопливо камушком доводить его до совершенства, добиваясь идеальной прямизны и точной выдержки диаметра. Вот как чувствовал он, что у Галочки даже на гончарном круге не получится правильный цилиндр, поэтому готовил шаблон и попутно придумывал, как устроить клапаны в нижней части, как отвести воздух в горизонтальную трубку и другие моменты насчёт крепления толкателя и передачи на него усилия через рычаг.

Он оказался прав - измучившаяся около своего круга Галочка нашла в его лице благодарного слушателя, а потом они вместе облепили вертикально поставленный цилиндр глиной снизу толще, а сверху тоньше, и оставили подсыхать получившийся усечённый конус. Достали болванку только на другой день - вынимание сразу привело к тому, что всё поползло. Прилипшая к деревяшке глина оставила на внутренней поверхности будущего цилиндра выразительные полосы, которые, после выравнивания пальцем, превратились в ямы и бугры. Попытались исправить это, установив заготовку на гончарный круг, но не сумели совместить оси - в результате доломали всё окончательно.

Вторую попытку сделали, просушив деревяшку, отполировав её, как могли, кусочками кожи с тонко измельчённой глиной и от души пропитав поверхность жиром. На этот раз попытка удалась - сосуд с нормальным на вид внутренним цилиндром получился. Веник разломал его, когда стал по просохшей, но необожжённой глине проделывать отверстия в дне. Те, через которые должен был поступать воздух при поднятии поршня. На них он планировал сверху приладить лоскутик кожи, чтобы получился клапан, открывающийся на всос и закрывающийся на высос.

Третью попытку начали именно с оформления этого самого дна - слепили обычную прямоугольную плиту, в которой сразу пробуровили решётку из близкорасположенных отверстий, а снизу сделали широкий проход для воздуха с обеих сторон - он должен был оказаться под насосом и смотреть сразу на две стороны. Как раз в этот паз и вели отверстия в дне. Второй клапан, не впускающий воздух обратно из печки, Веник для простоты решил не ставить. Сделал выход вниз и вбок. А то в пределах глиняного конструктива получалось чересчур сложно.

Была эта плита толстой - сантиметров десять. Её просушили, обожгли, а уже потом прямо на ней сформировали тот же усечённый конус с вертикальным отверстием вдоль оси. Его тоже обожгли, а только потом детали совместили. Понятно, что идеального совпадения не получилось - усадку ещё никто не отменял, но слой горячей смолы в качестве клея поправил дело. Поршень, вырезанный из толстой дощечки, снабдили толкателем-тянутелем, вставленным в сквозное отверстие, кропотливо прорезанное самым тонким ножом мастера-лодочника. Выставившийся внутрь конец сбоку просверлили буравчиком и вставили деревянную шпонку, откалиброванную тем же устройством, через которое пропускают прутья для лучших корзин. Кожаная прокладка по периметру, обильно смазанная жиром, довершила дело.

Качать насос начал сразу, только вот подсос через входное отверстие был, если на глаз, точно таким же, как и выхлоп. Тут же пришлось придумывать ещё один клапан, но уже снаружи - Новые керамические детали, новые сушки и обжиги, новая опорная плита с выходом воздуха снизу вверх, чтобы перекрыть его решёткой, на которую ложится кожаный лоскуток - простоты не получилось. Потом при опробовании выяснилось, что оба лоскута-клапана нужно накрыть деревянной пластинкой, что к выходному клапану необходим доступ, потому что он требует настройки - словом, канители было много.