Я осмотрелся. Просторный зал. Вдоль стен кирпичные обломки и куски цветной мозаики. Но самое главное — центр очищен и виден испещренный затейливыми узорами каменный круг.

— Подходит? — спросила меня Ахайя.

— Вполне.

— Тогда прошу сразу рассчитаться за аренду помещения.

Из полумрака вышла подруга Ахайи и передала старшей массивный синий кристалл, а уже она на вытянутых руках протянула его мне.

Брать кристалл я не стал, а прикоснулся к нему указательным пальцем правой руки и через тактильный контакт перегнал в него ровно тысячу эргов. По местным меркам, это весьма прилично. Скажем так, Ахайя при ее нынешнем среднем уровне способна столько переработать и накопить, без ущерба для своего здоровья и, не забывая поддерживать организм, за семь-восемь дней.

Рогатая красотка проверила количество поступивших в кристалл эргов. После чего удовлетворенно мотнула головой и отступила в тень. Она рядом и меня без пригляда не оставит. Наверняка, станет подсматривать и подслушивать, чтобы узнать что-то интересное. Но внешние приличия соблюдены, и она мне не мешает.

Заняв место в центре заклинательного круга, щедро расходуя накопленные эрги, я стал действовать.

Перво-наперво, активировал круг, и он озарился неярким тусклым светом.

Далее поставил барьер защиты, который создал вокруг меня непроницаемое силовое поле и не позволит суккубу узнать, с кем и о чем я говорил.

Третий этап — создание пробоя по известным мне координатам дворца Сигманта Теневика, а это, с учетом того, что на мне нет печати бога, не просто. Пришлось чистой силой рисовать в воздухе сложную картину из десятка накладывающихся одна на другую рун. И вроде бы я не ошибся.

Краткая пауза и последнее действие — вызов на связь конкретного существа, энергетический слепок которого сохранился в памяти. С кем поговорить, я уже решил, тем более что выбор не велик. Конечно же, это преподобный Митреус, который знал, кем стал Уркварт Ройхо, чье место занял и по какой причине.

— Митреус, — еле слышно позвал я жреца.

Мой зов, пробивая пространство в десятки тысяч километров, проскальзывая мимо встречающихся на пути барьеров и обходя ловушки, достиг домена Сигманта и Митреус меня услышал. Я это почувствовал. Однако он промолчал и, как мне показалось, был готов «сбросить вызов».

— Митреус, ответь, это Уркварт, — снова позвал я его.

Жрец меня узнал, открыл доступ со своей стороны и между нами сформировался пробой пространства диаметром примерно в тридцать сантиметров. Эрги он пожирает, конечно, с бешенной скоростью. Но зато такой пробой, который имеет привязку к ритуальному залу, трудно разрушить и через него легко перебрасывать негабаритные грузы.

Благообразный старик в серой мантии, которая почему-то дымилась, смотрел на меня широко распахнутыми глазами, и в них было то, чего я никогда за ним не замечал. Митреус боялся. А еще его трясло, и даже одежда не могла скрыть сотрясающую старика сильную дрожь.

— Урк-варт? — словно уточняя, как-то растерянно спросил меня жрец.

— Он самый, — подтвердил я.

— Как? Почему? Откуда ты?

Митреус явно был не в адеквате и я пощелкал в воздухе пальцами:

— Уважаемый, соберитесь. Я узнал, что Сигмант в беде и решил уточнить, что происходит. Сами понимаете, с чем это связано. И не называйте меня прежним именем, если рядом есть посторонние.

Того, что произошло дальше, я никак не ожидал. Потому что преподобный Митреус, авторитетный жрец с титулом святого, заплакал. По его щекам покатились крупные слезы. Но это половина беды. Что немаловажно, судя по обстановке за его спиной, он находился во внутренних покоях одного из храмов в оазисе Ульфира, который являлся центром домена Сигманта, и где-то невдалеке шел бой.