— Я бы не назвала его дипломатом, — заметила Шарлотта.

— Ленивые паразиты — вот, что он сказал о них. А это мои друзья! Что он о них знает? Его не было дома много лет, и вот приехал — хозяин! Он весь в отца, который мучил нас всю жизнь, пока не стал слишком старым и равнодушным ко всему. Какая несправедливость! Почему старик оставил Херонсбридж ему, а не Ральфу, который, единственный из нас, тут всегда работал!

— Кажется, Майк не слишком рад наследству. Поместье разорено.

— Это он так говорит. А я не верю. Раньше никто не беспокоился, и жизнь шла своим чередом. Что изменилось?

— Но у Херонсбриджа огромные долги. Я знаю счета, — тихо возразила Шарлотта.

— И что, это извиняет его хамское поведение по отношению к моим друзьям?

— Нет. Но он прав — финансовое положение очень тяжелое.

— Ах, деньги! Он у нас материалист. Такая мелочь, как рука помощи, протянутая друзьям, для него ничего не значит. Только я не дам ему мной командовать. Это мой дом, и я буду делать то, что захочу. И звать буду того, кого сочту нужным!

— Может, у Майка просто было плохое настроение. Забудьте и развлекитесь на вечеринке, которую устроила ваша тетя, иначе все мои усилия по кухне пропадут даром.

— Вы правы, — улыбнулся он. — Я раньше умел не обращать внимания на отца, придется также поступать и с Майком… В любом случае, Шарлотта, я рад, что здесь есть вы. Вы замените Роланда и Джека. Одна дверь закрывается, другая открывается, — как говорит тетушка Эдвина. Увидимся. — И Тони направился через поле к Бридж-хаусу, а Шарлотта вздохнула. Ей было неприятно, что Майк так плохо встретил брата. Она задумалась о том, действительно ли Майк похож на отца. Что-то подсказывало ей, что это не так. Когда она возвращалась к дому, ей встретился предмет ее размышлений.

— Вы сильно хромаете, что случилось? — сразу спросил Майк.

— Просто стерла ногу. Не волнуйтесь, — холодно отозвалась она.

— Ага, встретили моего брата, — догадался Майк.

— Да. Славный мальчик. Было приятно с ним поболтать.

— Понятно, — протянул он, и, хотя что-то в его взгляде сдерживало ее, Шарлотта все-таки сказала:

— Хорошо, что мисс Ставертон решила позвать гостей, иначе возвращение Тони домой было бы совсем печальным.

— Что вы имеете в виду?

— Кажется, вы приняли его не слишком ласково.

— Поздравляю, вы быстро завоевали его доверие.

— Неужели вы ничего не чувствуете? — Она покраснела. — Вы с Тони не виделись много лет. Он обожал вас, когда был мальчишкой; искал, когда сделался постарше, он ждал этой встречи… А вы… вы даже не старались казаться дружелюбным!

— Что ж, ваша короткая беседа с Тони была весьма информативной. Поздравляю, вы до мелочей узнали историю семьи. А вам не приходило в голову, что это не ваше дело, а?

— Простите, — тихо ответила она после долгой паузы. — Я не должна была с вами так говорить. Конечно, вы мой работодатель, но я не могу равнодушно относиться к людям, с которыми живу рядом. Это совсем не то, что каждый день ходить на службу. Пока я работаю у вас — Херонсбридж мой дом…

— Хорошо, Шарлотта. Согласен, что мой брат весьма обаятельный молодой человек. Но только, малышка, не делайте скоропалительных выводов.