— Человеком правят только собственные демоны, дорогая. Возможно, ваша мачеха, угадав его амбиции, лишь подтолкнула к действиям, но таков был его собственный выбор… А теперь — допивайте кофе, и отправимся в поле. Пару дней меня не будет дома, а надо кое-что сделать. Кстати, я хочу поговорить с Дунканом, поищите его. Вам сейчас пойдет на пользу работа — она поможет забыться.

Майк, как всегда, оказался прав. Прогулка по ферме успокоила ее. Деревья стояли почти голые, и строгий ритм смены времен года напомнил ей, что жизнь человека конечна, но мир вечен.

В поезде, который вез Шарлотту из Лондона назад в Херонсбридж, девушка поняла, что порвалась последняя нить, связывавшая ее с Лондоном. Она вспомнила первую поездку сюда, когда оказалась в одном купе с Майком. Он тогда пересел на другое место — было ли это чем-то символическим, определившим все их дальнейшие отношения? Он отказывался от любви, которую не мог вернуть. Но он подарил ей свою дружбу, и это давало ей ощущение счастья. Здравый смысл советовал: «Выброси его из головы. Уезжай и начни все сначала. Ищи других людей». Будто это было так же просто, как поменять книгу в библиотеке. Она теперь понимала, что любит Майка Ставертона, причем не питая никаких иллюзий на его счет.

От Майка ее мысли вернулись к отцу; Шарлотта достала письмо, которое оставил ей мистер Лейбурн, и перечитала его. Оно было датировано тем самым днем, когда он навестил ее в Херонсбридже.

«Моя дорогая Шарлотта.

Я оставляю это письмо нотариусу, чтобы он передал его тебе после моей смерти. Доктор ясно дал мне понять, что если я не сменю жизнь на жалкое существование инвалида, дни мои сочтены. Я предпочитаю оставить все, как есть, и умереть, не снимая упряжи. Когда умерла твоя мама, вместе с ней погас и свет, который освещал мой путь, и с тех пор я не переставал бежать. И сейчас не могу остановиться, значит — осталось недолго.

Не горюй, моя дорогая. И в эти последние годы трудности компенсировало хорошее, хотя, конечно, в целом ты права — я не создан для подобной жизни. Но я ни о чем не жалею. Правда, все эти годы я и бежал от тебя, дорогая. Ты напоминала мне свою мать, и я страдал. Это было нечестно по отношению к тебе, и я прошу простить меня. Ты давала мне больше любви, чел я заслужил. Когда ты даришь человеку сердце, то навсегда. А это должно вознаграждаться.

Прилагаю фотографию мамы. Это часть твоего небольшого наследства — ведь мы живем, много тратя и мало вкладывая. Если тебе понадобится финансовый совет, обратись к мистеру Ллойду.

Пусть жизнь обойдется с тобой по-доброму. Я надеюсь, все так и будет, потому что в мире есть грубая справедливость — сколько даешь, столько и получаешь взамен.

Благословляю тебя.»

Через неделю после похорон Майк сообщил Шарлотте, что уезжает. Был серый день, облака низко нависали над землей, а девушка пыталась унять печаль, собирая опавшие листья на газоне. Она как раз отнесла последнюю кипу к деревянной тележке, когда подошел Майк.

— Привет. Помочь с тележкой? А то вам будет тяжело. Кстати, куда везти все эти листья?

— На компостную кучу в огороде.

— Хорошо. Какой мрачный день! Должен сказать, что это делает будущую поездку в Южную Африку более приятной.

— В Южную Африку? Вы? — Сердце у Шарлотты упало.

— Да. Сегодня утром я получил приглашение в экспедицию — они исследуют районы, где буквально не ступала нога человека. Девственные леса, нетронутые почвы. Серьезная экспедиция — зоологи, археологи, ботаники и еще масса народу.

— Звучит впечатляюще.

— Да. К счастью, сейчас удобное время, чтобы оставить ферму.