Крестьяне приблизились и нерешительно посмотрели на нас, высматривая того, кто здесь главный.

    – Вы что-то хотели сказать? – подбодрил я их.

    – Э-э, милорд, мы тут, в общем… Э, мы, в общем, видели кое-что и не знаем насколько важно, – заговорил один.

    – Вы скажите, а мы решим, – вежливо подбодрил я их, не обращая внимания на нетерпение Ратобора и хмурого Отто.

    – В общем, мы были в лесу… в общем. И вдруг увидели всадника. Он очень быстро мчался, в общем, быстро. Мы, в общем, удивились… в общем, подумали, что негоже ребенку так скакать.

    – Проклятье, Энинг, ты был прав. – Нетерпение Ратобора вмиг сменилось самым пристальным вниманием. – Вы уверены, что это был ребенок? – повернулся он к крестьянину.

    – Да, э-э… – крестьянин замялся, не зная как обратиться к Ратобору. – В общем, мальчишка. И тут из-за поворота выскочил еще одни всадники. В общем, они гнались за тем мальчишкой. Верно Питер?

    Второй крестьянин, все это время не проронивший ни слова, согласно кивнул.

    – В общем, – продолжил первый. – Мы удивились. Я говорю, в общем: «Глянь, Питер, разбойники ребенка преследуют», а он мне в ответ: «Не похожи они на разбойников». – Тут крестьянин удивленно посмотрел на Ратобора, который пытался немедленно продолжить погоню и которого с трудом удерживал Отто.

    – Продолжай, – мрачно попросил я. – Они догнали всадника?

    – В общем да. Вот здесь. Мы как раз выглянули вон из-за тех деревьев и все видели. В общем, они догнали того мальчишку вот здесь и окружили. Потом мы заметили, как мальчишка, что-то откинул в кусты, в общем. В общем, когда всадники с мальчишкой уехали. Мы подошли сюда и теперь решали что делать.

    – Тот всадник был не мальчишкой, – вдруг заговорил второй крестьянин. – Девка это была.

    – Да какая девка, Питер? – возмутился первый. – Ты что, совсем глаза потерял.

    – А ну тише, – велел я. – Вы нашли то, что всадник откинул в кусты.

    Крестьяне замялись. Потом Питер подошел ко мне и протянул какую-ту тряпку.

    – Вот.

    Я протянул руку, взял тряпку в руку и тут же почувствовал, как моя ладонь покрылись чем-то липким. О, Боже, это же кровь! Тряпка оказалась пропитана кровью! Я побледнел.

    – Моей дочери не откажешь в сообразительности, – заметил Ратобор на китижском языке, который никто кроме меня и, может быть Отто, не понял, мрачно смотря на тряпку.

    – Вы что, хотите сказать, что она это специально сделала?

    – А ты еще не понял? Конечно специально. Она же понимала, что рано или поздно, но мы догадаемся, по какой дороге она поехала. Вот и оставила нам способ отыскать ее. – Видя мой недоумевающий взгляд, Ратобор пояснил уже для всех:

    – Это же кровь моей дочери. По ней любой маг сможет отыскать ее местонахождения. Понимая, что ей не уйти от погони, она оторвала кусок одежды и пропитала ее своей кровью. А потом ей оставалось только улучшить момент и выкинуть его.

    – А амулеты? – спросил Ролон. – Разве у вашей дочери нет защитного амулета? Не помешает ли он взять след вашей дочери?

    Ратобор отмахнулся.