Голова Морико кружилась. Она не знала, что было правильным, а что неправильным. Настоятель увидел ее расстройство и решил закончить разговор.

— Прости, что занял столько твоего времени в неудобный момент. Конечно, ты устала от пути. Тебе нужно отдохнуть. Ученики покажут тебе, где спать, после отдыха мы поможем тебе написать письмо семье, чтобы твои родители знали, что ты в порядке.

Морико покачала головой. Она была уверена, что не хотела писать семье. Они хотели, чтобы она ушла, и она исчезнет.

* * *

Добрый монах, водивший ее к настоятелю, вывел ее из здания. Он ничего не говорил, но был рад Морико. Монах привел ее к менее изящным зданиям, которые Морико заметила по прибытию. Внутри оказалось общее пространство с маленькой кухней, столовой и скоплением кроватей. Монах помахал ученику, убирающему в помещении.

— Томоцу, подойди сюда.

Томоцу перестал мести и подошел, быстро поклонился монаху и Морико.

— Да, сэр?

Сердце Морико затрепетало на миг. Даже с бритой головой и в простой одежде монастыря мальчик был милым. Очень милым.

— Морико, это Томоцу. Томоцу, Морико. Морико будет нашей новой ученицей. Я хотел бы, чтобы ты показал ей монастырь и рассказал о жизни здесь, о правилах, помог ей устроиться.

Морико с любопытством посмотрела на Томоцу, ее детское сердце шептало глупые фантазии. Она хотела уехать из монастыря с ним. Она догадывалась, что он на пару лет старше нее, может, на три или четыре. Он был высоким, его плечи уже были широкими. Даже с небольшой разницей в возрасте казалось, что он легко может поднять ее и подбросить. Он мог спасти ее. Они могли жить вместе и растить большую семью в хорошем доме…

— Морико?

Морико вздрогнула. Она задумалась и не замечала, что мальчик пытался привлечь ее внимание. Она посмотрела на него и кивнула.

— Значит, они получили и тебя.

Морико кивнула. Было сложно выбрать, какие слова использовать при нем. Это было сложнее, чем говорить с братьями.

— Это сложно, знаю. Мы все через это проходили. Нас забрали у семей, хотя обычно младше тебя. Не переживай, жить тут неплохо. Правила простые. Слушай монахов и не пытайся уйти.

Морико враждебно посмотрела на мальчика. Ей казалось, что новая мечта трещала по швам.

— Нам говорят не так общаться с новенькими. Но я такое испытал. Почти все пытаются. Сначала страшно. Пару лет назад, когда я попал сюда, парочка попыталась сбежать. Мы сделали это тихо, но они всегда найдут. Настоятель силен в ощущении, он всегда отыщет тебя, как бы далеко ты ни ушел. Когда я вернулся, он дал мне это, — Томоцу развернулся и приподнял одеяние, чтобы показать спину, которую пересекали тонкие приподнятые шрамы.

Морико поежилась.

— Было больно?

Томоцу опустил голову и понизил голос.

— Да.

— Мне жаль.

— Не стоит. Я не жалею. Я все еще порой думаю о побеге, но некуда. За стены выбраться можно, но тебя найдут. Ощутят, куда бы ни ушел. Но жизнь тут не так плоха. Еда хорошая, пока ты слушаешься монахов, жизнь удобная. Мы ничего не хотим, они делают нас сильнее. Физически и ощущениями.

Томоцу повел ее по двору. Пять зданий стояли полукругом напротив ворот. Одно здание было складом, там была вся еда и все вещи монастыря. Другое здание было ближе к вратам, там был центр тренировок, который использовался зимой и в плохую погоду. Следующие два здания были для жизни, одно для учеников, а другое для монахов. В каждом умещались пятнадцать, а то и двадцать человек, и в монастыре не было больше сорока обитателей.

Главное здание, как она и догадывалась, было домом настоятеля. Оно служило в церемониях, было центром активности монастыря.