– Они ушли с ним? – спросила Бри, вновь наполняя кубок.

– Группа освобожденных ведьм ушла на восток, – произнесла Анерин. Ее глаза стекленели, когда она говорила о синих ведьмах. Это было не то мерцание, возникавшее, когда она использовала Видение… ее что-то мучило. – Они собираются переждать зиму, сменить место расположения их ковена.

Руа резануло слух то, как молодая ведьма сказала о ковене «их», а не «наш».

– Разве не Баба Аиру – глава ковена? – спросила Бри.

– Ведьмы разделились. – Тадор потянулся и, взяв кусочки сырого мяса с тарелки, скормил их Эхирис. Руа уставилась на мясо: слуги знали о питомце Тадора и специально положили его для ястреба. – Многие не хотят последовать за еще одним Востемуром.

– О, их можно понять, – поддакнула Бри, вызвав усмешки остальных стражников.

– Некоторые решили остаться. Другие ушли. – Ренвик пожал плечами, будто этот поступок не задел его. – Нам нужно найти ведьм и убедить их отдать нам священную книгу.

– Нам не нужна вся книга, – добавил Берекрафт. – Достаточно лишь формулировки проклятия, чтобы мы смогли его снять. Конечно, ведьмы захотят помочь нам.

– Это вряд ли, – пробормотала Анерин. – Не после того, как появились сурааш.

Сурааш на мхенбике означает «забытые». И пусть из уст синей ведьмы мхенбик звучал довольно странно, он подходил гораздо лучше, чем ифик. Забытые – это не совсем то, что случилось с ведьмами. Их не забыли – от них отказались. При мысли об этом Руа скрежетнула зубами: подобное означало, что эти ведьмы не стоили того, чтобы их спасали.

– Но сурааш ведь тоже ведьмы, они – часть их семьи. – Руа посмотрела на Анерин.

Тадор, будто прочитав мысли Руа, произнес:

– Возможно, они считают, что Забытых уже не спасти.

Анерин опустила глаза.

– Если так, то они правы.

К главной проблеме всех вернула Бри:

– Хорошо, но где нам искать этих ведьм?

– Мы не знаем, – в один голос заявили Тадор и Берекрафт.

– Баба Аиру знает, – добавила Анерин. Имя Бабы звучало на ее мхенбике ненатурально, акцент выдавал в ней фейри. – Но она нам не сказала.

Бри потерла лицо ладонью.

– Почему же?

– Боится за их безопасность, – произнес Ренвик и поглядел на Анерин. – Возможно, она бы хотела сказать, но ее сдерживают обязательства.

– Я еще раз поговорю с ней. – Анерин тяжело вздохнула и принялась нарезать рыбу.

Король Севера обратился к Руа:

– Может, ты сможешь убедить ее рассказать нам, где ведьмы.

Руа вздрогнула и выпрямилась.

– Не понимаю, с чего Верховной жрице мне доверять?

– Ты соединяешь два мира – ведьм и фейри. – Губы Ренвика застыли у ободка его кубка.

– И они мне оба не слишком нравятся, – ответила Руа, пытаясь сдержаться и не рыкнуть на короля. – Я подумаю над этим, – выдавила она наконец.

В конце концов, она приехала сюда, чтобы продемонстрировать мощь Королевства Высокой Горы. Но снять проклятие – значит защитить нового союзника королевства, Ренвика. Ведь если Балорн сокрушит его, в опасности окажется весь Окрит.