— Недоля, забирай мальцов, — мужчина от-ступил назад, и няня протянула руки к малышу. Ивар заплакал и прижался к матери, но женщина подошла ближе и поманила мальчика.

В комнату вошли еще несколько слуг.

— Проводите боярышень в опочивальню и помогите Недоле взять детей, — распорядился он.

Светлица, куда привели Дануту и Милану, располагалась в самом верхнем ярусе воеводского те-рема. Вдоль всех стен, под небольшими окошками, в сводчатых нишах, тянулись широкие полати из тол-стой дубовой доски. Отсюда был хорошо виден весь двор, дрога к воеводскому дому и синяя лента Славу-тича. За спиной у молодых женщин звонко лязгнул тяжелый засов, и стало тихо.

— Вот и попали из одного плена в другой, — Милана тяжело опустилась на полати, — еще не из-вестно, где лучше.

— Зато родина, — ехидно заметила ее подру-га.

— Это верно, отдельные покои, не то, что в норманнском бусе, тут нас воеводский сынок и по-имеет.

Данута подошла к окну и приоткрыла створку. Внизу она увидела покатую крышу, крытую гонтой. Кое-где по деревянному настилу пророс мох, по-видимому, крыша была скользкой.

— Отсюда можно уйти, — задумчиво сказала амазонка, — зря воеводский сынок нас запер на верх-ний ярус, это не преграда.

— Так он детей наших забрал, — возразила ей Милана, — не такой уж он дурак, как ты думаешь. Куда мы денемся?

Прошло несколько часов. Вдруг загремели за-совы, и дверь отворилась. В светлицу вошел молодой слуга в красном кафтане, за ним знакомая девушка. Они принесли молоко, квас, пироги.

— Угощайтесь, пожалуйста, — сказал парень и поклонился, — если чего желаете, Всеслав Глебович приказали исполнить.

— А можно погулять нам по городу? — спро-сила Милана.

— Этого не позволено.

— Тогда скажите, чтоб деток наших принесли, — попросила Данута.

— Этого тоже пока нельзя, сказывали, вечером отведут вас к ним в детскую.

— Это в какую такую детскую? — удивилась Данута.

— Там у нас Недоля, и еще няни имеются, за всеми детками и приглядывают. Если другого чего пожелаете — кликните нас, вмиг все выполним, — и слуги исчезли за дверью.

Данута опять долго смотрела в окошко.

— Меня князь киевский знает, — неожиданно сказала она и повернулась к своей подруге, — Свято-слав приезжал к нам в гости, когда мне было пятна-дцать лет.

— Ты не рассказывала, — удивилась Милана, — так он ведь и не узнает тебя.

— Узнает, он тогда хвалил меня за красоту, хоть я еще девчонка была. Вот у меня от него оста-лось колечко.

На мизинце у Дануты всегда было узкое ко-лечко из золота. Никогда она не снимала его и не го-ворила никому, откуда оно у нее взялось. На него никто и внимания не обращал, такое оно было не-приметное. Амазонка с трудом стащила кольцо с пальца и показала внутреннюю поверхность.

— Святослав, — прочитала Милана, — вот это да!

— Пойду к нему, упаду в ноги, может, выру-чит.

— А если обратно отдаст этому похотливому жеребцу?

— Ну и что, ничего не изменится, разве что только на цепь посадит. Рискнуть стоит, не сидеть же здесь.

Хорошо еще, что Всеслав оказался достаточно умен. Он дал пленницам несколько дней, чтобы те смогли привыкнуть к новому месту. Встречаться с детьми подругам разрешалось только в присутствии Недоли и ее помощниц. С другими наложницами ама-зонок пока не сводили. Как видно, опасались их дур-ного влияния, до тех пор, пока они смирятся со своей судьбой.