Тотас еще раз рванулся, стараясь вырваться из его железных объятий, и затих.

– Да, – прошептал он. – Да, ты прав. Томанак видит, хотел бы я, чтобы это было не так, но все же ты прав.

Он оперся о стену, прижав обе ладони ко лбу, а Базел повернулся в сторону лестницы, по которой поднимался Брандарк, подгоняя хозяина. Смешной толстячок в халате, возмущенный и испуганный, еле дышал от спешки.

– Что это означает? – Он хотел, чтобы голос звучал грозно, но из его рта вырвалось только дрожащее блеяние.

Базел нахмурился.

– Милейший, – сказал он, – за этой запертой дверью наши спутницы, и они не отвечают на стук.

Хозяин вздрогнул, как будто его ударили. Глаза его беспокойно бегали по сторонам, он побледнел и нервно сглотнул.

– М-может быть, они с-спят, – заикался он.

– Тогда это самый здоровый сон, который мне когда-либо приходилось встречать.

– Ну а я что могу сделать? Что вы от меня хотите?

– Ничего. Просто постойте здесь, – мрачно сказал ему Конокрад. – Я сейчас открою эту дверь, и вы будете знать, почему я это делаю.

– Что вы хотите… – Хозяин оцепенел, когда градани отступил на четыре шага. – Нет, подождите! Вы же не можете…

Базел больше не обращал на него внимания. Разбежавшись, он рванулся к двери. Ширина коридора, сделанного по меркам людей, а не градани, не дала ему как следует развить скорость, но, как усвоил в свое время Харнак, не было на свете такой двери, которая могла бы остановить Базела Бахнаксона. Удар сотряс всю гостиницу, хрустнул засов, скобы были вырваны из стены, и дверь рухнула внутрь комнаты.

Базел по инерции пробежал еще пару шагов, но глаза его уже обшаривали комнату, а изо рта вырвалось рычание. Единственное маленькое оконце было распахнуто, мебель изрублена, как будто здесь бушевал маньяк с топором. Одна кровать пуста, но с другой свешивалась окровавленная голова, спутанные золотистые волосы смешивались с клочками изодранного постельного белья.

Градани, одним скачком оказавшийся у постели, нежно прикоснулся к горлу Рекаа. Вокруг ее шеи вспухли кольцевые кровоподтеки – слишком длинные и узкие, чтобы быть следами человеческих рук. На спинке кровати виднелись кровавые пятна – нападавший бил девушку об нее головой, пытаясь задушить. Пальцы Базела ощутили слабое биение пульса.

– Лекаря! – крикнул он, обернувшись через плечо.

Тотас сполз по стене, словно получил смертельную рану. Окаменевший хозяин стоял выпучив глаза.

– Фробус побери, добудь лекаря, не то я вспорю твое жирное брюхо! – зарычал Базел, и хозяин мгновенно исчез.

Служанка убежала вслед за ним, Брандарк подхватил Тотаса и усадил его на пол. Глазами полными ужаса телохранитель смотрел на пустую кровать.

– Как? – Тенор Кровавого Меча дрожал от ярости. – Во имя богов и демонов, как это могло случиться? Почему мы ничего не слышали?

Базел не мог ничего ответить, но Тотас поднялся с пола.

– Колдовство, – простонал он, ковыляя к Рекаа, как больной старик. Трясущимися пальцами он тронул ее окровавленное лицо. – Колдовство. Черная магия. – Он опустился на колени у кровати служанки, зарылся лицом в постель и зарыдал.

Лекарем оказалась полная седовласая матрона с приятным выражением лица. Она ужаснулась, увидев комнату. Она выглядела нелепо с всклокоченными волосами под капюшоном наспех накинутого плаща, но ее руки сновали нежно и быстро, обследуя безжизненное тело Рекаа.

– Ох, плохо, – бормотала она.