Но пока следы тех, кого преследовали градани, виднелись вполне ясно. Базел очередной раз опустился на колени, чтобы подробнее рассмотреть следы, и с его губ слетело проклятие. Их враги огибали болота, поднимались на вершины холмов, так что градани, старавшиеся двигаться напрямик, неуклонно сокращали разрыв. Но в этом месте со следом, по которому они шли, соединялся новый. Было очевидно, что здесь всадники спешились и провели какое-то время в ожидании, пока не встретились с другой группой. Припорошенная снегом земля вокруг была истоптана копытами. Базел поднялся и повернулся к приблизившемуся Брандарку.

– Ну?

– Думается, отсюда они должны были послать о себе весточку, – проворчал Базел. – Ведь те, кого они ждали, должны были знать, где их искать.

– И как ты считаешь, сколько их теперь?

– Точно не скажу, нет, но не удивлюсь, если их стало вдвое больше.

– Фробус! – выругался Брандарк, и Базел кивнул и почесал подбородок.

– Ладно тебе, Брандарк, могло быть и хуже.

Друг недоверчиво глянул на него, и Базел объяснил:

– Пусть их теперь больше, мой друг, но зато они потеряли немало времени. Мы сейчас всего лишь в часе или двух от них.

– Отлично. Когда догоним, ты берешь на себя двадцать справа, а я – двадцать слева. Авось эти чертовы колдуны не превратят нас в тыквы!

– Мы должны хорошенько обдумать план нападения, но если будем тянуть, – Базел подставил ладонь, на которую медленно опустилось несколько снежинок, – то снега хватит, чтобы скрыть следы целой армии. Пока мы легко держим след, но если повалит снег и они сменят направление, то мы можем потерять их.

– Еще лучше. – Брандарк выпрямился в седле, вглядываясь в горизонт, мрачно вздохнул и перевел глаза на Конокрада: – А что с нашим неизвестным другом?

– С утра вроде бы пропал, но направлялся он на юго-запад, так что снова, видать, решил сделать крюк. Иногда он их опережает, только вот никак не могу понять, как он узнает, где их ждать.

– А почему в его поведении должно быть больше смысла, чем во всем остальном? – спросил Брандарк, обводя широким жестом болота и холмы, поросшие жидким кустарником.

– В этом ты попал в точку… – ответил Базел, машинально отковыривая ледышки от гривы своей вьючной лошади и продолжая сосредоточенно разглядывать заснеженные следы. Решительный момент приближался, а между тем впереди было слишком много неизвестного, и это не могло не вызывать тревогу. Противников насчитывалось не меньше сорока человек, и, даже если градани ударят неожиданно, силы были слишком не равны. Да еще этот таинственный всадник! Один Томанак ведает, кто он такой и что ему надо.

Он фыркнул, заметив, как сложилась у него в голове последняя фраза. Если Томанак так нуждается в его службе, почему бы ему хотя бы не сообщить Базелу нужные сведения?

«Причин здесь несколько, но в том числе и потому, что ты меня не спрашивал», – отозвался низкий бас в глубинах его сознания.

– Да что ж это такое! – рявкнул Базел. Брандарк удивленно оглянулся на него и отъехал на несколько шагов в сторону. Подчеркнуто беззаботное выражение лица друга еще больше разозлило Конокрада. Это был не первый контакт с Томанаком после той памятной ночи у костра. Когда Базел впервые внезапно остановился и стал переругиваться с пустым пространством перед собой, Брандарк реагировал более нервно. Он почти сразу понял, с кем беседует Конокрад, но тщательно избегал касаться этого даже намеком.