Он вонзил кинжал в глотку бандита, собиравшегося кинуться на Хартана, и перехватил меч обеими руками. Остальные телохранители сплотились вокруг него. Он стал острием атаки отряда, построившегося в треугольник, взявшего Килтана в центр и упершегося флангами в стены таверны. Убитым или раненым падал всякий, кто оказывался в пределах досягаемости меча градани.

Все закончилось в считанные минуты, и в этом тоже была своя странность. Нападавшие слишком быстро признали свое поражение. Никто из них не мог пробраться мимо Базела, но они фактически и не делали попыток подобраться к Килтану. Охрана потеряла двоих убитыми в самом начале схватки, но денежные мешки и сам Килтан остались невредимыми. На мостовой лежало пятнадцать трупов, но не меньшее количество нападавших скрылось в боковых улицах. Базел был не в силах скрыть свое недоумение. Нападавших было втрое больше, чем людей Килтана, и, конечно же, они должны были проявить хоть немного больше отваги и решимости, если хотели достигнуть своей цели.

Но этого не случилось. Еще больше были озадачены Хартан и Риантус, обнаружившие на плече каждого из убитых бандитов татуировку с изображением красного скорпиона. Эмблема братьев-псов. Почему Гильдия Убийц решила напасть на Килтандакнартаса дихна-Харканата? Конкурентов у Килтана было достаточно, но врагов до странного мало: клан Харканат был известен тем, что беспощадно мстил за нападения на его членов, тем более на его главу. Невозможно было вообразить, кто мог бы настолько ненавидеть – или бояться – Килтана, чтобы заплатить Гильдии такой гонорар, который бы она затребовала за покушение на такую важную особу, как могущественный карлик. Неприятным казалось то, почему братья-псы, известные своей скрытностью и умением убивать из-за угла, решились на уличную атаку среди бела дня.

Но они решились на это, и не только в Сарамфале. После долгих споров Килтан был вынужден уступить Риантусу и Хартану, требовавшим, чтобы он не покидал своего корабля кроме как в сопровождении двух взводов своей охраны и – обязательно – Базела. Но в Трелите, главном порту Королевства Морван, произошло еще одно нападение, а во время посещения Малгаса на реке Ферен последовало и третье.

Сценарий трелитского покушения полностью повторял неудавшуюся сарамфальскую попытку, но в нем участвовало вдвое больше нападавших. К счастью, такому количеству людей было трудно спрятаться на улице, и Хартан заметил их еще до того, как Килтан угодил в ловушку. К тому же на этот раз Базел был прикреплен непосредственно к Килтану, чтобы отражать атаки тех, кто прорвется через оборону остальных охранников. Тогда нападавшие скрылись сразу, как только охрана развернулась в боевой порядок. Но надежда, что этим все и ограничится, продержалась до Малгаса. Там против них применили судно-брандер. Речная баржа, начиненная горючими материалами, гудя пламенем, начала теснить корабль Килтана. Две ужасающе долгие минуты понадобились команде, чтобы оттолкнуть пылающее судно, несшее огненную смерть, и это удалось только благодаря объединенному весу и силе обоих градани.

Теперь, когда до Риверсайда оставалось лишь несколько лиг, Базела, планировавшего покинуть Килтана по прибытии в порт, мучили угрызения совести. Конечно, нападений обычных разбойников больше не предвиделось, но ведь оставались еще происки братьев-псов, так что бросить его сейчас казалось проявлением черной неблагодарности.

– Кормак за твои мысли, – прозвучал тенор Брандарка.

– Сомневаюсь, что они этого стоят.

– Считай, что я мот.

Базел криво улыбнулся и пожал плечами:

– Я раздумывал о своих… о наших планах.