Рюдигер, похоже, не был уверен, что им стоит туда заходить.

– Это… это ведь публичный дом, – смущаясь, пробормотал он.

– Но все же дом, – заметил Авраам. – Если нам повезет, здесь еще и крыша не протекает.

В этот момент прогрохотал гром, и с неба начали падать первые капли. Герлин неохотно вошла в душное помещение, где воняло пивом и потом. Полненькая молодая шлюха, которая сидела на коленях у ухажера, ухмыльнулась, завидев новоприбывших. Она явно была пьяна.

– Эй, еще одни, которые приводят своих девиц! – захихикала она. – Хозяин ведь будет ругаться. Разве девушки из Фретеваля для вас недостаточно хороши, благородные господа?

Рюдигер нахмурился и старался не обращать внимания на ее болтовню. А вот Авраам насторожился. Да и Герлин удивилась еще одной странности. Посреди помещения находился открытый, обложенный камнем очаг, над которым можно было готовить еду. В этом не было ничего удивительного, во многих трактирах имелись такие же. Но в глаза бросилось то, что пожилая женщина разогревала на огне молоко. Здесь кутили, но не ужинали. В таких заведениях даже не было повара.

Взволнованная Герлин пробралась к этой женщине.

– В вашем трактире есть дети, мадам?

Полненькая потаскуха, которую Авраам стал расспрашивать о «приведенных девицах», жеманилась, а потом к ним подошел хозяин публичного дома и включился в разговор. Разумеется, он лгал, утверждая, что не принимал рыцаря, с которым были девушка и ребенок, и Авраам, чтобы добиться правды, достал кошелек, а Рюдигер схватился за рукоять меча.

А вот старая шлюха Клаудин ничего не скрывала. Вдали от мужчин – ее не слышали ни спутники Герлин, ни хозяин публичного дома – она не боялась говорить.

– Там что-то неладно. Девушка не похожа на девицу легкого поведения – и даже если она и промышляет этим, никто ведь не станет таскать за собой на работу ребенка! Большинству мужчин это не нравится, а других это наводит на дурные мысли… Я не продала бы своего ребенка! – Клаудин проверила, нагрелось ли молоко, и перелила его в мисочку.

Между тем Рюдигер и хозяин трактира перешли на повышенные тона – юный рыцарь настойчиво требовал, чтобы мужчина сказал, где он спрятал беглецов.

– Они наверху, – охотно сообщила Клаудин. – Там, по крайней мере, тепло и сухо. Но почему вы спрашиваете, госпожа? Боже милостивый, этот тип случайно не украл малыша и девушку? Сударыня, так это ваш ребенок?

– Они наверху! – воскликнули Герлин и Авраам в один голос.

Пока Рюдигер наседал на хозяина, Аврааму удалось разговорить юную шлюху. Рюдигер из Фалькенберга, не раздумывая, выхватил меч и бросился вверх по лестнице.

Глава 10

Флорис де Трилльон никогда не видел Ричарда Плантагенета таким разгневанным. Король побагровел от ярости и то и дело сжимал руки в кулаки, читая письма, которые Герлин обнаружила в архиве короля Филиппа.

– Это непостижимо! – наконец вырвалось у него. – Вся территория Нормандии на правом берегу Сены… Руан, Турень… Этот шелудивый пес продал испоконвечные владения Плантагенетов! И к тому же попрал наше доброе имя! Он обещает принести присягу французскому королю от имени всей Англии, если тот поддержит его в борьбе со мной!

– Кто что обещает? – невозмутимо спросила госпожа Алиенора.

До этого момента она беседовала с Флорисом, который испытывал все большее беспокойство.