— Но ведь можно найти какой-то баланс между добром и злом? — спросила Мегги, почему-то поглядывая на пирог с опаской.

— Ещё одна старая и неосуществимая идея! — улыбнулся Дульери. — Автор — мой дорогой брат, известный, как Умник. Этот думает, что жизнь можно подчинить математическим законам. Он и действует вечно по принципу — самое кратчайшее расстояние между двумя точками, это прямая! Конечно, заманчиво установить равновесие между добром и злом, но это невозможно, потому что обе эти силы активные! Мы боремся друг с другом, и от этого чаши весов постоянно раскачиваются. Есть мнение, что именно это обстоятельство приводит в движение всю мировую машину, но оговорюсь — это лишь мнение мыслителей, истина сокрыта, как от людей, так и от нас! В любом случае абсолютное равновесие невозможно, ведь остановка весов равносильна их исчезновению. Сильный перевес одной стороны тоже нежелателен, поскольку он грозит опрокидыванием самих весов. Спасение в спокойном отношении к временному перевесу той или иной чаши, в понимании друг друга и в уважении. И это было бы легко достижимо, если бы не Глупник со своими штучками!

— Четвёртый брат-близнец? — спросила Мегги. — Но, разве вы не говорили тогда на острове, что соединив его энергию со своей, вы обрели некую особую силу?

— У вас хорошая память, мисс Мегги! Да, я действительно так говорил, и повторю сейчас. Влияние таких моих братьев, как Умник и Глупник, даёт колоссальное преимущество над противником. И тот и другой, сущности изобретательные, но если Умник стремится остановить качание весов ради равновесия, то Глупник наоборот, вечно раскачивает их в опасном режиме! Дело в том, что повелитель глупости, сам чрезвычайно умён, но легкомыслен по своей природе. Ему бы всё развлекаться, да шутить! Причём, его игры и шутки, учитывая вселенские масштабы применения, бывают крайне жестокими. Это он придумал политику и религиозный фанатизм. Его замечательные идеи — атеизм и учение о всеобщем равенстве. Его уму принадлежит большинство азартных игр. Благодаря ему появились деньги и все финансовые махинации, связанные с обманом и жульничеством. (Правда, экономику, как средство обуздания этих махинаций, придумал Умник, поэтому она такая запутанная.)

Есть у него и невинные, даже полезные придумки, авторство которых иногда приписывают мне. Среди них — цирк, театр, кинематограф и прочие представления. Мы с Ангелом просто внесли каждый свою лепту, и это прижилось.

— Правда? Вот здорово! — воскликнула Мегги. — Если не секрет, что именно вы с Фигом принесли в искусство?

— Долго всё перечислять, но он, например, изобретатель музыки, а я акробатических трюков и острых сюжетов. В этом деле Умник тоже подвязался. Как вы понимаете, его часть в основном техническая. Ах, да! Наше любимое общее изобретение — карусели.

— Не может быть!

— Представьте себе, это так. Идея щекотать себе нервы подобным способом, конечно, принадлежит Глупнику. Я постарался сделать это развлечение опасным. Ангел, наоборот, изо всех печёнок старается сохранить жизнь тем, кто доверяет её ради забавы бездушным механизмам, способным разорвать, размозжить, раздавить человеческую плоть, как сам человек это делает с назойливыми насекомыми. Ну, понятно, Умник азартно делает эти приспособления всё более изощрёнными и совершенными.

— Я всегда так хотела покататься на каруселях! — мечтательно произнесла Мегги.

— Обещаю сводить вас в парк развлечений при первом же удобном случае! — поддержал её порыв доброжелательный злодей. — А если не смогу сделать это сам, то окажу покровительство тому, кто пригласит вас туда от чистого сердца!

Мегги не совсем поняла смысл обещания дона Дульери, но поблагодарила его за тёплые слова и добрые намерения.