Зляк: Дык оно ж без зарядов!

Злюк: Дык в том-то и фишка, шо без зарядов! Потому и не прибьёт шо ружжо без зарядов. Было бы с зарядами, как раз тогда и прибил бы, а без зарядов не прибьёт!

Зляк: Ай, не обмануться бы…

Злюк: Э, брат! Не сечёшь ты великого ума нашего Злорда. В прошлый раз он ему шо отдал?

Зляк: Пистоль без курка.

Злюк: А в позапрошлый?

Зляк: Шпагу сломанную — клинка нет.

Злюк: А раньше ишшо?

Зляк: Кинжал без рукоятки.

Злюк: То-то! Теперь сечёшь?

Зляк: Не-а.

Злюк: Ну, племяш, учить тебя ишшо и учить! Кинжал без рукоятки в руку не взять. Шпагой без клинка никого не заколешь, как не старайся. Пистоль без курка не стреляет, ружжо без зарядов тоже, вот Злох потому никого и не прибьёт. Теперь сечёшь?

Зляк: Ага, теперь секу! Только шо ежели Злох рукоятку от шпаги к кинжалу приделает, а заряд из пистоля выковырит и в ружжо засунет?

Злюк: Шо ты! Шо ты! Молчи, окаянный! Ну, удружил братан племянничком! Ну, пошла нынче молодёжь! От горшка два вершка, а туда же — горазд умничать. Нет, племяш, ты это брось, а то, чего не того накликаешь. Хозяева вона, не умничают и Злох не умничает. И все с того живы и здоровы. Сечёшь?

Зляк: Секу, дядька Злюк! Ну, я пошёл.

Злюк: Куды это ишшо пошёл-то?

Зляк: Пойду, поломаю замковую пушку, чтобы было чем от Злоха в следующий раз откупиться. (уходит)

Злюк (один): Вот это дело! Злорд, как раз на войну собирается. Точно, как на войну поедет, так от Злоха пушкой и откупится! А племяш-то молодец! Пожалуй, из парня ещё выйдет толкежели умничать не будет.

Так, хватит! На эти приколы можно подсесть, как на хороший виски. Один стаканчик не повредит, наоборот — улучшит настроение. Второй, проветрит ум и усилит работоспособность. Третий — одурманит и заставит думать о чём угодно, только не о деле. Четвёртый и пятый, окончательно выведут из строя и сделают работу невозможной.

Мик отодвинул пьесу и потянул к себе толстенный фолиант в потёртой, засаленной обложке. Взяв книгу в руки, он собрался было открыть её, но вдруг замер от неожиданности!

И было от чего — посреди почтенного издания, обещающего познакомить читателей с секретами приготовления блюд принятых на банкетах в высшем свете, зияла огромная дыра, в которую без труда мог бы пролезть кулак Драгиса Драговски!

Но не это заставило падре Микаэля онеметь от неожиданности, а то, что рядом со стопкой книг, приготовленных для изучения, восседал здоровенный розовый крыс и, смущённо поглядывал на священника, протирая очки.

— Простите, не удержался! — проговорил профессор Прыск, протягивая Мику лапку для приветствия. — Очень уж вкусно пахло! Этой книгой долгое время пользовались на королевской кухне, отчего она сохранила ароматы лучших сыров и великолепного прованского масла. Жаль, конечно, но это не такое уж редкое издание, хотя Библиотекарь меня всё равно убьёт, если поймает. Однако здравствуйте, коллега!

Мик осторожно пожал двумя пальцами розовую кисть с острыми коготками, подавив при этом непроизвольное желание прибить её обладателя останками погибшей книги. Падре Микаэль любил книги и всегда выступал против их уничтожения, даже если они относились к еретическим или содержали заведомо ошибочную информацию. Тем не менее, он был рад видеть необыкновенного учёного живым и здоровым. Особенно после того, что услышал только что.

— Вы сказали — Библиотекарь? — спросил Мик взволнованно. — Вы знакомы с этим… то-есть, с ним, с Библиотекарем?

— Ещё бы! — рассмеялся розовый крыс. — Мы с ним старые знакомцы. Он пытается поймать меня с тех пор, как кто-то погрыз папирусы старины Имхотепа. Но это был не я, честное слово! Так нет же! На меня сначала натравили сыновей и дочерей богини Бастет, а потом они на пару с Имхотепом напридумывали всяческих инженерно-технических сооружений, предназначенных, как для поимки живьём представителей моего вида, так и для их жестокого убийства! Показательно, что люди практически сразу стали применять эти изобретения против своих сородичей.