– Может, Иоко подскажет мне, – пробормотала я, сжимая в руке заветный ключик троллей.

– Иоко – охранник Дерева, помни об этом. Он не станет помогать, а, наоборот, не подпустит тебя к порталу, – тихо и важно пояснил садовник. – Уясни себе наконец, что Иоко до сих пор связан этим договором! Он не принадлежит сам себе.

– Да какой из него охранник? Он ранен, у него нет Посоха и сломана рука…

– Даже со сломанной рукой он не подпустит тебя к порталу. Будь внимательна, девочка, – посоветовал мне садовник.

Но я уже не слушала его назойливую болтовню. Ключ вошел в нарисованную скважину, и теплый вихрь перенес меня в мансарду. А там из-под моей кровати уже выглядывала хитрая физиономия Бдука.

– Ну, что он тебе сказал? – тут же поинтересовался любопытный тролль.

Я рылась в сундуках Зомана, подыскивая свежую одежду. Белая футболка с рисунком из черных перьев и черная толстовка с крошечным черепом на бегунке подошли как нельзя лучше. Жаль, что мертвяк не додумался снабдить меня новыми кедами, потому что мои оказались настолько потрепанными и потертыми, что вызывали слезы жалости.

– Да что ты пристал? Тебе-то какая разница? – отмахнулась я от него, вытаскивая из-под кипы толстовок новенькие черные носки с белыми полосками.

– Это важно. Садовники всегда верно служили роду Белых голов…

– Теперь это Черные головы, – поправила я.

– Так Зоман придумал называть свой род, когда его башня пала, разрушенная Хозяином.

– Да без разницы. Садовник пояснил, что раз я последний потомок рода, то теперь он служит мне.

– Не верил бы я этому пройдохе дракону, – проговорил Бдук, вытянув губы в трубочку.

– А кому верить, тебе?

– Я уже доказал тебе свою преданность, – обиделся Бдук.

– Садовник тоже доказал. Объяснил, в какой книге написано, как найти Дерево-портал.

– И что, пойдешь искать книгу?

– Еще он сказал, что Иоко не пустит меня к Дереву, потому что сам охраняет его.

– И ты веришь ему?

– Нет.

– Вот и славно, вот и правильно. А у меня, знаешь, какая мысль есть? Я могу вылечить руку твоего Иоко! Это же просто сломанная кость, такое мы умеем врачевать.

– Кто это «мы»? – я в упор глянула на Бдука.

Он гордо распрямил плечи, выпятил круглый живот и поднял похожий на сосиску палец.

– Мы – это тролли. Мой род замковых троллей всегда занимался врачеванием. Правда, лечили мы только свой народ, но тебе я помогу. Пойдем, пока Зоман пыхтит над рисунками в своей тайной комнате. Я проведу тебя в тролличью каморку, мы возьмем все необходимое и отправимся к Иоко. И вкусненького тоже прихвати на всякий случай. Сдается мне, ты еще не успела сегодня принести ему поесть.

Я застегнула молнию толстовки, торопливо поправила собранные в хвост волосы, завязала покрепче шнурки на кедах и набила рюкзак едой.

– Идем, – сказала я и опустилась на четвереньки, чтобы забраться под кровать.

Снова пришлось идти через низкие, затянутые паутиной переходы, где то и дело попадались маленькие дверки и непонятные узкие ступеньки, уводящие куда-то в темноту. Слышались писк мышей и шорох, судя по всему, крупных пауков, а Бдук так торопился, что я, спотыкаясь и ругаясь, еле поспевала за ним.

Проход тянулся и тянулся, мы все поворачивали и поворачивали, и я открыла было рот, чтобы спросить, куда мы направляемся, как тролль вдруг щелкнул пальцами и сообщил, что мы пришли.