Они приземлились рядом с вертолетом Кино на плоскую крышу дерева-дома. Престайн схватил автоматическую винтовку и выскочил из вертолета, чувствуя внутри себя ледяной холод и одновременно обжигающий жар. Он не помнил, испытывал ли подобные чувства прежде. Не то, чтобы он любил Фрицци — ему казалась более привлекательной Марджи, — но чувствовал, что Кино кое-что должен ему и хотел расплатиться лично. Они ринулись вниз по лестнице — это дерево-дом внутри выглядело так же, как и другие — и услышали тут же оборвавшийся крик девушки. Престайн изо всех сил понесся вниз, Далрей и Пьетро следовали за ним по пятам. Ноджер тут же отстал. Они оказались на огражденной открытой площадке, где застыли, подняв бесполезное оружие. Их лица побледнели от представшей перед ними картины.

Кино лежал на полу с парашютной сумкой, полуоторванной от его спины. Фрицци скорчилась возле него, прикрытая лишь остатками великолепного цветастого белья. А над ними стоял труг, связывая ей руки и прижимая одной когтистой ногой Кино. Кино окаменел от страха и лишь пытался что-то бормотать на своем языке. Престайн не знал его, но как раз подоспевший Ноджер злобно оскалился.

— Наконец-то он получил свое, — сказал старейшина.

Престайн поднял винтовку и прицелился в труга.

— Осторожно, — предупредил его Пьетро. — Ты должен застрелить эту тварь с первого выстрела, потому что второго сделать не успеешь.

— Ты попадешь в девушку, — сказал Далрей.

— Фрицци! — крикнул Престайн. — Замри! Как только я открою огонь, падай на пол. Поняла?

Она подняла глаза и увидела его.

— Поняла. Только прицелься точно.

Престайн прицелился, но дрожь в руках мешала ему. Он стиснул зубы и поморгал, пытаясь успокоиться. Солнце палило. На лбу у него выступил пот. Он прицелился тругу в горло, намереваясь попасть в то место, где соединялись голова и грудь.

Его палец нажал спусковой крючок. Труг дико взревел и бросился в атаку.

Престайн открыл огонь, затем винтовку вырвали у него из рук, как игрушечное ружье у ребенка. Он тяжело упал на бок и ударился об пол. Труг ревел, как стадо взбесившихся слонов. Престайн услышал крик Далрея и дробную очередь автоматической винтовки. Он бросился к Фрицци, которая вскочила ему навстречу, и они столкнулись. Они вместе упали возле Кино. Его широкой, безумное лицо уставилось на них, но не злобно, а с циничной жестокостью прежнего Кино. Он истекал кровью. Престайн увидел, как его окровавленная рука, пошарив вокруг, крепко схватила парашют.

Фрицци цеплялась теперь за его ноги. Сквозь муть в глазах Престайн увидел, как труг бешено замолотил лапами и сбил с ног Ноджера. Пьетро стрелял очередями, окутанный пороховым дымом. Далрей поднял меч, приготовившись встретить противника...

— Так это ты! — воскликнула Фрицци. — Ты тоже попал в этот безумный мир!

— Да... Я расскажу тебе об этом потом... Сейчас я должен убить труга...

— Вот здесь я и была, — сказала Фрицци, держась за Престайна, как утопающая. — Кино привел меня снова сюда... где я оказалась после того, как выпала из самолета. Он неприятный человек.

— Ты... С тобой все в порядке, Фрицци?

— Конечно. Графиня следила за мной. Она бы не позволила, чтобы со мной что-нибудь случилось. — Она рассмеялась, но тут же замолчала. — Виолетту убили. Я видела это. Бедная Виолетта.