— Хим, ты не знаешь, как называется город, рядом с которым мы оказались?

— Знаю, на вокзале объявляли, что поезд «Славь Великий — Малый Камень» прибыл на второй путь.

— Молоток, — похвалил его Каскад. — Значит, это Малый Камень.

Егор вытянул из сумочки ключи от квартиры, блеск для губ, небольшие часики с порванным браслетом, которые показывали четверть первого, кошелёк и смартфон, хрен его, знает как он тут называется. Но по виду был обычный смарт, причём, судя по иероглифам, очередная китайская подделка, а может, и корейская. В кошельке нашлось две карты на имя Марты и несколько бумажных купюр голубоватого цвета и каким-то памятником, причём довольно высоким. Деньги номиналом в сотню, много это или мало, Раевский не знал, но хорошо, что хоть какой-то нал нашёлся. Обычно, в век цифровых денег, наличку люди с собой редко таскали. Он сунул их обратно в кошелёк, только карты выкинул, нечего их светить. Если расплатится, хрен знает, как быстро местные менты явятся за воришкой. Хотя, наверное, если девица не дура, то в темпе их заблокировала. Со смартом вышел облом, он был запаролен, причём защита была двойной — и отпечаток пальца, и цифровой рисунок. Егор быстро истратил все возможности по введению пароля, и телефон заблокировался. Немного раздосадованный, он вытащил симку, после чего разбил его об стену, мысленно извинившись перед Мартой. Симку, которая была похожа на микрочип, он пробил кинжалом, надеясь, что местные менты не успели локализовать её. Конечно, по-хорошему, нужно было спешно поменять место дислокации, но Егор не верил, что в прифронтовой зоне стражи порядка будут рьяно искать украденный багаж.

— Хим, сколько времени прошло с того момента, как ты спёр чемодан?

Химерик задумчиво уставился в другой конец пакгауза. Наконец, что-то подсчитав, не слишком уверенно ответил:

— Минут тридцать.

Егор задумался, сомнительно, что на вокзале есть возможность отследить телефон, это надо звонить куда-то выше, давать заявку, всё это требует времени. Нет, вряд ли они его засекли.

— Проехали.

Егор вытащил механические часы, которые поднял в бункере, и выставил время. Впереди был вполне себе полноценный день.

— Я готова, — поднявшись с чемодана, на котором сидела, прихорашиваясь, произнесла Лина.

Егор посмотрел на девушку, не слишком вызывающие стрелки, лёгкий макияж. Она не стала штукатурить себя по полной, и это радовало.

— Впервые за год почувствовала себя не странницей, а молодой девушкой.

— Хорошо, — оглядев готовую к выходу Лину, улыбнулся Раевский. — Итак, держи кошелёк, сумка, скорее всего, в ориентировке, так что, сунь его в карман, там пара сотенных банкнот. Много это или мало, не знаю. Берёшь немного золотишка, всё, которое из современности, цацки из мира Хима пока что не светим. Задача — добыть денег, выяснить ситуацию — что происходит, кто с кем воюет. Ну, да что я тебе, журналистке, рассказываю? Сама всё понимаешь. И, конечно, одежда для меня. Насчёт документов, не знаю, это надо лезть на теневую сторону. Постарайся без шума, нам не нужно светиться, мы тихонько должны найти возможность добраться до зоны. Из оружия берешь складень, — он кинул девушке нож, найденный в бункере, — и меч под куртку. Но он — последний шанс, когда вообще прижмут. Хим, — Егор посмотрел на своего четверолапого друга, — сбереги её и не давай делать глупости.

— Сделаю, Странник, — заверил его Химерик.