– Фефтра!

Упырица кинулась обниматься с ней, калавера почти незаметно улыбнулась и кивнула.

– Эй, Док, ты что, не узнаешь нас?

– Док? Вас? – пленник бессильно наморщил лоб. – Я вас не знаю. А кто такой Док?

– На колу мочало – начинай ф начала! – зашипела упырица.

– И начнем, – сурово сказала рыжая. – Мне тут болтаться некогда, у меня там тридцать девятая неделя заканчивается, знаешь, какие психологические травмы будут у ребенка, если я долго здесь промаринуюсь?

И повернулась к пленнику.

– Ты – Док. Вспоминай давай.

Пленник сжался, дрожа и всхлипывая, замотал головой.

– Я не могу, я стараюсь, я не могу… Простите меня…

Рыжая пару раз моргнула от изумления, ее глаза из оранжевых стали зелеными, потом сиреневыми.

– Что с тобой, Док? – потерянно прошептала она.

– Я не знаю, кто такой Док… Я всё расскажу, что вы хотите знать?

– Что с тобой случилось?

– Что? Как вы сказали?

Рыжая шаг за шагом отступала от него в ужасе.

– Это ты еффе не пробовала его кровь! – мрачно заметила упырица.

– Мы пропали, – подвела итог калавера.

– Ну, это мы еще посмотрим.

Рыжая сглотнула, встряхнулась, опустилась на колени рядом с пленником и обняла его, осторожно, мягко, как живая. Она гладила его по голове, целовала заросшее, грязное лицо, плакала над ним, дышала вместе с ним.

– Бедный, бедный Док… Бедный маленький Док, заблудившийся малыш. Больно. Страшно. Как же ты попал сюда, мальчик? Что тебя сюда привело опять?

– Опять? – слабо удивился пленник.

– Слушай, я расскажу тебе сказку. Жила-была девочка, и девочка хотела лучшего мальчика в мире, принца в красном кафтане, самого красивого и отважного. И все взрослые, что у нее были, всегда говорили ей: не мечтай об этом, принцев не бывает, а если и бывают – всё равно достанутся не тебе. И она поверила своим взрослым. Думаешь, девочка была глупая? Нет, она была всего лишь маленькая и нетерпеливая. Она поверила взрослым, вместо того чтобы подождать, подрасти и проверить самой. Девочки почти всегда так делают. Но эта девочка была еще и упряма, как… Она была упряма, как ты, Док. И она не могла смириться с тем, что ее прекрасный принц – всего лишь выдумка. Она потребовала себе такого. Но никто ей не дал такого принца. Она ведь была еще маленькая, и ее принц был еще маленький, а маленьким принцам же надо учиться, воспитывать в себе лучшие качества и правильные привычки. А не шляться по пустыням и пшеничным полям… И по бушу, где водятся плохие люди и дикие слоны, но это я так, к слову, не обращай внимания. Я говорю о девочке. Эта девочка много читала, она читала слишком много фэнтези, Док, прямо как ты. И, конечно, она знала, что для того, чтобы требовать невозможное, надо принести жертву. Что-нибудь очень дорогое и важное, драгоценное, любимое – или просто живое. Ей как раз подарили на день рождения пушистого озорного котенка. Девочка сначала хотела принести в жертву его. Но не смогла, пожалела. Тогда она залезла в кукольный шкаф, вынула из него трех самых странных кукол, застелила вышитой салфеткой подоконник, зажгла свечу…

Рыжая понизила голос до самых глубин, а после сделала эффектную паузу.

– И оторвала им головы!

– Фрица френова… – пояснила упырица, и калавера криво улыбнулась в знак согласия.