Осирис

Души, очистившись, возвращаются на небо, где им предназначено получить воздаяние за благие дела; самые добродетельные награждаются лучше и отправляются прямо на Солнце или на Сириус. На самом высоком из небес душа достигает совершенства и недосягаемой славы. Восхождение душ происходит через знаки зодиака, а самые блаженные души обитают на неподвижных звездах.

Орфей

(Мнение философов). Божество не дало никаких объяснений относительно природы тех наград, что ожидают праведников после смерти; но ради веры в справедливость Божества мы должны полагаться на них и стараться их заслужить.

(Мнение простонародья). Кажется достоверным, что в мистериях утверждается необходимость воздаяний, какие Бог предназначил для добродетельных людей после их смерти. Новичков проводили по прелестным дубравам и веселым лугам; то было жилище блаженства, образ Елисейских полей, где сиял чистый свет и слышались чарующие голоса; им сулили мимолетные блага и однообразное счастье, не возбранявшее душам желать того, чем они наслаждались на земле. «Лучше бы мне, – говорил самый счастливый из мертвых, – обрабатывать землю и прислуживать беднейшему из живых, чем царствовать в обиталище теней».

Нума

Елисейские поля греков печальны; насколько пригляднее у римлян царство мертвых, где троянский герой встретил своего отца Анхиса! Там, живописует поэт, царит вечная весна, воздух всегда чист, к счастью не примешивается пресыщение, и нет ему конца. Праведники гуляют среди зеленых рощ, по веселым лугам, над которыми небеса просторнее, свет мягче, и солнце вечно новое. Однако будущая жизнь, как замечали философы, была для греков и римлян не более чем искаженным образом настоящей. Елисейские поля одни и те же для обеих религий, и если картины Гомера отличаются от картин Вергилия, то скорее образно, чем по существу.

Тевтат

Радость, с которой галлы бросались на смерть, достаточно доказывает, что они ждали за гробом воздаяния за благие дела. Они были убеждены, что люди, допущенные на небо, могли достигнуть такой степени совершенства, что становились богами. Религия (особенно кельтская) обещала небесное блаженство тем, кого приносили в жертву богам.

Один

Есть в небе город, в котором праведникам назначено жить до скончания веков; души проходят в него по трехцветному мосту, который построили боги с большим искусством, чем любое другое сооружение в мире; однако и он рухнет, когда по нему проскачут ангелы верхом на конях. Над хоромами богов высится великий ясень Иггдрасиль, лучшее из деревьев, а неподалеку расположена Вальхалла, где девы, называемые валькириями, потчуют героев пивом и медом. Есть одна коза, дающая этот мед в таком изобилии, что все блаженные души в любое время имеют чем утолить жажду и возвеселиться. Едва занимается заря, как пастух Лигур на склоне холма будит блаженных звуками своей арфы, и вскоре красный петух, сидящий на золотой ветке, заводит утреннюю песнь, сигнал к началу небесных игр. Герои хватают оружие, выходят на ристалище и рубят друг друга на куски, в чем и состоит их развлечение. Но едва наступает час трапезы, как лира Браги снова поднимает их; девушки, розовые, словно заря, лечат им раны, и вскоре они, живые и здоровые, садятся на коней и опять едут пить в чертоги Одина. Дымящееся мясо вепря Сэхримнира, отрастающее заново под ножом, которым его разрезают, подается на круглых щитах; юные девы, бряцая на лире, воспевают подвиги пирующих, Идуна их угощает яблоками, дающими вечную молодость, а прекрасные подруги Фрейи резво порхают вокруг стола.

Манко Капак

Перуанцы верили, что после земной жизни для добрых людей наступает другая, лучшая. Счастье иной жизни состояло в том, что там можно было наслаждаться спокойным мирным существованием, свободным от всяческих тревог.