Изменить размер шрифта - +
Северная война, объявленная Петром Швеции в 1700 году, важнейшей своей задачей и ставила обеспечение выхода России к Балтике путем возвращения ей ее собственных земель. Как мы знаем, уже первые успехи в этой войне позволили Петру основать в устье Невы город Петербург и военно морскую крепость Кронштадт.

1710. В октябре 1703 года Петр I лично определил кратчайший путь от Кронштадта до южного побережья Финского залива. От этой точки вдоль всего берега, вплоть до строящегося Петербурга, провел трассу дороги, по сторонам которой приказал нарезать участки земли для загородных резиденций высших государственных сановников и царедворцев. За собой Петр оставил территории будущих Стрельны и Петергофа, а Меншикову достался конечный от Петербурга участок этой дороги. Отсюда начиналась морская дорога в Кронштадт. До сих пор местные жители называют Ломоносов «Кронштадтской колонией». Здесь и началось строительство дворцового ансамбля, положившего начало городу, названному вскоре Ораниенбаумом.

В 1780 году, более чем через пятьдесят лет после смерти Меншикова, городу, только что возведенному в ранг уездного, был пожалован герб. Загадочная и необычная для русской геральдики символика его – померанцевое дерево с плодами на серебряном поле – восходит к первому десятилетию XVIII века. Скорее всего, этот герб первоначально относился только к меншиковской усадьбе. Во всяком случае, еще в 1761 году, задолго до утверждения герба, на гравюре Ф. Внукова и Н. Челнокова по рисунку М. И. Махаева «Проспект Ораниенбаума, увеселительного дворца ее императорского величества при Финляндском заливе против Кронштадта» уже изображен геральдический знак с померанцевым деревом в кадке. На той же гравюре, слева от дворца, хорошо видна не сохранившаяся до наших дней Померанцевая галерея, в которой кроме лимонов, винограда, ранних овощей и ягод к столу хозяина выращивались декоративные померанцевые деревья. Таким образом, заморское экзотическое дерево давно уже стало символом Ораниенбаума. Если верить местным преданиям, то «оранжевое дерево» было найдено здесь уже «при первом прибытии сюда русских».

Происхождение названия города Ораниенбаума всегда вызывало повышенный интерес обывателей. Буквальный перевод немецкого Orange (апельсин) плюс Baum (дерево) – казалось бы, вполне понятный и прозрачно ясный не всегда удовлетворял пытливый русский ум. Появлялись разные версии. Согласно одной из них, в 1703 году Петр посетил усадьбу Меншикова вблизи Воронежа и будто бы назвал ее Ранненбургом, в полном соответствии с тогдашней модой на немецкие названия городов. А Меншиков, желая польстить царю, слегка изменил это имя и назвал свой приморский замок на берегу Финского залива Ораниенбаумом. Есть, впрочем, и еще одна легенда. Однажды, утверждает она, Петр прогуливался по усадьбе своего любимчика на берегу Финского залива и наткнулся на оранжерею с померанцевыми деревьями. Они были высажены в деревянные кадки, каждая из которых была снабжена специальной табличкой с надписью по немецки: «Oranienbaum». Петр остановился, долго смеялся, а потом, оглядываясь по сторонам, несколько раз произнес это слово. Сопровождающие царя сановники радостно кивали и весело повторяли вслед за монархом: «Oranienbaum, Oranienbaum…» Так будто бы и появилось это необычное название.

Вероятно, с тех самых пор ассоциации, связанные с цветом просыпающейся природы, уже никогда не покидали жителей этого приморского пригорода Петербурга. По воспоминаниям старожилов, в 1930 х годах утопающий в кустах сирени Ораниенбаум был таким ухоженным и красивым, что в народе его называли «Сиреневым городом». Впрочем, еще в XVIII веке предпринимались попытки русифицировать труднопроизносимое немецкое слово «Ораниенбаум», сделать его по возможности простым в произношении. Вначале его называли «Аренбог», а затем еще более упростили. Так появился «Рамбов».

Быстрый переход