– Вы заражаете нас своей уверенностью. Что ж, будем надеяться вместе с вами. – Что вы имели в виду, когда сказали, что это важно?

– Мы составили психологический портрет Странника, то есть Алексея Гардова. Наши выводы: если он жив, будет делать все возможное, чтобы решить проблему Машинного Разума до конца. И если будет хоть один шанс, он его использует. – Любой из нас подтвердит это и без всякого психологического портрета. Только вот будет ли он, этот шанс – вот в чем вопрос. Если он жив, то дожидается помощи на одной из планет, куда перебросила его спасательная капсула. Вряд ли в этой ситуации подобный шанс может возникнуть.

– Кто знает, кто знает…

– У вас необычайно мощный дар ясновидения, мастер Квинтий, – внезапно обратилась к присутствующему тут же великому магу Ризона, молчавшая доселе женщина – Предтеча. – Вы ничего не можете сказать на эту тему?

– Я уже замучила его этими вопросами, – вклинилась в разговор Роэна.

– Увы, нет. Я сразу почувствовал, когда они уничтожили проекцию Машинного Разума в виде звездолета. Бездонная пропасть перед глазами, к которой мы стремительно неслись, внезапно пропала. Но вот судьба Алексея…

Вектора будущего переплетаются и путаются. Так бывает, когда то или иное событие равновероятно. Он погиб или может погибнуть, но может и уцелеть. – Заметив протестующий взмах Роэны, добавил уже для нее:

– Тебе я говорил то же самое, девонька. Ты ведь хочешь знать правду, а не слушать сладкую выдумку. Не так ли? – Роэна опустила голову.

– Сколько оперативников вы можете взять на борт? – спросил Грей Гаргаван, обращаясь к Крону.

– Столько, сколько вы сочтете нужным, – ответил тот. – «Ковчег-2» может поддерживать жизнедеятельность практически любого количества людей. – В таком случае, это будет группа человек из двадцати – двадцати пяти.

– Хорошо. У вас уже есть на примете конкретные кандидатуры?

– Да. Это группа, с которой он работал на Фортуне и Тромбе в полном составе, включая Иду и Сан Саныча, родители Роэны Задар и Геда Байлис, Вилор Кон, сама Роэна, мастер Квинтий и мы с Ингрид.

– Ингрид? – удивленно взглянул на королеву амазонок Крон. – Но она же… – И ей, и мне будет спокойнее, если мы будем вместе. На «Ковчеге-2» есть все условия. Да и не удержать ее здесь никакими силами.

– Правильно, не удержать, – ласково улыбнулась мужу Ингрид. – Как хорошо, когда в семье полное взаимопонимание.

– Скажите, Ризона, – обратился к женщине – Предтече глава Совета Содружества Милорд Зенг, – почему, когда мы спрашиваем Роэну или других наблюдателей о развитии вашей цивилизация после достижения уровня, соответствующего нашему нынешнему, ничего конкретного они не говорят?

– Потому что не знают. Соответствующие участки памяти у них надежно заблокированы. – Глава Совета и Ризона общались в режиме парного диалога, не мешая другим и защищенные, в свою очередь, от возможности быть услышанными кем-либо. – Свобода воли – один из важнейших законов, действующих в разумной Вселенной. Этот закон справедлив как в отношении отдельной личности, так и цивилизации в целом. Никаких авторитетов и подсказок. Только вы сами должны определиться, в каком направлении вам развиваться дальше. Вам ненавистна такая форма принуждения, как рабство. Но чем лучше принуждение к чему-либо целой цивилизации, пусть даже из самых лучших побуждений? Именно поэтому мы в целом не одобряем прогрессорство, практикуемое вами в ряде случаев.