— Макс, тут козел ходил! Какой еще медведь? Они друг от друга держатся на расстоянии, — покачал головой парень.

Молчу, за умного сойду, а то и так на меня друзья часто с непониманием поглядывают. Как ни следи за языком, а некоторые фразы или словечки срываются, а они для коренных жителей непонятны от слова совсем. Правда, друзья могут списать, что я городской житель и все время посвящал книгам, от которых разных выражений набрался.

К вечеру мы подошли к месту, обозначенному на карте, как вход в жилище. Большой кустарник и нагромождение камней скрыл прорубленный в скале проход. Ни дверей, ни каких-то древних вещей не наблюдается. А ведь должно что-то остаться. Те же петли и запоры. Неужели все до основания сгнило?

— Тут кто-то побывал до нас, — огорошила нас Террия, что-то рассматривая под ногами.

— С чего такой вывод? — подошел к ней Шалий и сразу же выругался: — Черт! Нам не повезло!

Медная пуговица, она разрушила наши мечты и чаяния. Тем не менее, мы прошли вглубь пещеры. Правда, сразу вернулись, там темно, хоть глаз выколи. Благо рядом кусты, вот и наломали веток, сделав несколько факелов. Сын судьи пожертвовал своей нательной рубахой (я свою давно извел).

— Террия, думаю, ты тоже свою блузку могла на благое дело отдать, — ехидно предложил Шалий.

— Да что ты такое говоришь? — подбоченилась девушка. — Неужели решил меня раздеть, чтобы замерзла? Нет, это ты у нас голым в ледяной воде купаешься и заболеть не боишься. Оно и понятно, вылечить-то тебя сумею, а что будешь делать если я заболею?

— Болеть плохо, меня маленьким натирали медвежьим жиром, — сын судьи передернулся от воспоминаний, — еще и пить его заставляли. Впрочем, если чихнешь хоть разок — смело обращайся, согревательный массаж сделаю!

— И я тебе с удовольствием чего-нибудь подправлю! Нос, например, а то он чуть кривоват! — парировала Террия.

Понятно, что шутят и подзуживают друг над другом. Никто обижаться не собирается, а я их слушаю вполуха, стараюсь понять, почему карта почти ничего не показывает. Уж в этом-то месте она должна работать! Как ни крути, а графиня это место знала отлично. Правда, она упомянула о ловушках, которых не ощущается. Вполне возможно, что они все уже сработали или потеряли свою актуальность и израсходовали запас магии. В последнем есть сомнения, Утолия обязана была позаботиться о постоянной подпитке. Каким образом? Ответа на этот вопрос нет, необходимо разбираться.

На идеально ровных стенах заметны отверстия, где когда находились, по-всей видимости, светильники или факелы. Увы, кроме битого стекла под ногами ничего нет. В одном из помещений нашли истлевшие тюки, порванные и разбросанные. Железные стойки стеллажей проржавели и грозят рухнуть в любой момент. Металл использовался толстый, а значит он тут с давних времен. И все же тут что-то не так. Не представляю, чтобы в таких условиях проживала графиня.

— Это подсобные помещения, что-то типа складских, — сделал я предположение.

— Согласен, — подумав, сказал Шалий.

— А как попасть в основное? — скептически уточнила Террия.

— Хороший вопрос, — я пожал плечами и прикрыл глаза.

На виртуальной карте нет маршрута, только три пульсирующие точки, мы достигли цели. Делаю максимальное приближение и внимательно осматриваю серую зону. Постепенно проступают очертания тех помещений, в которых уже побывали. Прорисовываются контуры стен, а вот за ними чернота. Тут явно должен иметься коридор, соединяющий помещения.

— Макс, смотри какая интересная плита! — восклицает Террия.