Именно он научил меня красть души. Сам вага делал это на алтаре, во время ритуала. Расстояние не имело значения. Для совершения колдовства необходима была кровь или волосы, или кусочек кожи, или вещь предполагаемой жертвы. А для тех, кто не защищен никакими амулетами или заговорами, не нужно было даже ничего из вышеперечисленного. Вага искал их, незащищенных, через золотую чашу с темной водой, позволявшую ему видеть сквозь расстояния чужедальние города и страны, и, проводя ритуал, вылавливал человеческие души. Души вага хранил в прозрачных сосудах и находил им применение самое разнообразное: создавал новых демонов, выжимал жизненную энергию, которая этим душам уже была не нужна и поглощал, чтобы восстановить свои силы. Вага был невероятно стар – по моим предположениям, ему было лет восемьсот, не меньше, и умирать в ближайшее тысячелетие он не собирался. Он поглощал чужие жизни, чтобы не расстаться со своей.

    Помогая ему, поднося инструменты во время ритуалов, выполняя роль «якоря», когда вага странствовал по Верхним или Нижним Мирам, я постепенно изучал темную сторону Искусства. Конечно, чтобы приблизиться к уровню вага, мне пришлось бы потратить не одно десятилетие на изучение магии пустыни и магии змеиного яда – с тем, чтобы совершенно овладев ими, перевоплотить себя в демона, ибо волшебство ваги почти во всем было волшебством демонов, а не смертных. От смешения двух магических школ я приобрел способность забирать силу у тех, кто в момент совершения волшбы находился рядом со мной. И если человек становился по каким-то причинам «открытым» или же просто верил в собственное бессилие, получалось это, естественно, лучше. Но вера уже не играла того решающего значения, как раньше, когда я применял детское волшебство против таких же детей. Вага учил убивать при помощи магии.

    А потом вага дождался ученика – настоящего ученика – и я оказался не нужен. Он отдал меня в тот клан скайферов, который поручил ему юношу с зачатками истинного чародея. Скайферы приняли меня в свой клан. Мне казалось, что вага многому меня обучил, однако выяснилось, что немало необученных скайферов обладает схожими колдовскими дарами. Не зря в этой расе подозревают демоническую кровь. Сами скайферы считают себя потомками человека и Кобры с Раскрытым Капюшоном. Возможно, в их жилах действительно замешана кровь кого-то из Древа Змеи. А это значит, что все скайферы – потенциальные оборотни.

    Четыре года я жил у ваги. Еще два – скитался вместе с приютившим меня кланом по Хэплитской пустыне. За эти два года я наконец научился более-менее сносно держать в руках оружие и впервые узнал, что такое любовь.

    …Она была скайфером. Женщиной-воином, но никто посторонний не различил бы в ней женщину. Как и у всех скайферов, нижнюю половину ее лица скрывала широкая повязка, а фигуру – просторная накидка поверх одежды. И мечом с загнутым к концу лезвием – традиционным оружием этого народа – она владела великолепно. Звали ее Зелкариш.

    По обычаям скайферов, девушка или нерожавшая женщина может принимать участие в набегах наравне с мужчинами – если, конечно, сама того желает. После рождения ребенка она переходит из числа сражающихся в число охраняемых.

    Не знаю, почему Зелкариш выбрала меня, хотя желающих стать ее «спутником» хватало и из ее народа. Привлекло то, что я был чужеземцем и принадлежал другому народу, даже другой расе? Захотелось чего-то необычного?.. Не знаю и не хочу думать об этом. Тот год, что мы были вместе, я до сих пор считаю самым счастливым временем моей жизни.

    Не помню, почему я покинул скайферов. Этой части воспоминаний тоже нет. Осталась истершаяся, почти утихшая боль. Наверное, Зелкариш умерла, а мне стало тошно у кочевников без нее. Захотелось вернуться на родину.