|
Хоркат не спал. Заметив, что я открыл глаза, он сказал: — Я слышал… ты убил… двух вампирцев. Карлик подал мне ведро воды, полотенце и чистую одежду. Я что-то буркнул в ответ, разделся и стал смывать с себя запекшуюся кровь. — Вампиры… не разрешили… мне драться. Но я… даже рад. Не люблю… убийства; — Конечно. Любить там нечего, — согласился я. — Там было… ужасно? — Давай не будем об этом. — Хорошо… Тогда молчу. Я благодарно улыбнулся, сунул голову в ведро с водой, потер за ушами. Когда вынырнул, спросил про мистера Джутинга. Зеленые огоньки в глазах Хорката чуть потускнели. — Он… с Аррой. Не хочет… от нее… отходить. С ним Себа… утешает его… — Как думаешь, стоит пойти к нему? Хоркат покачал головой: — Не надо… Сейчас ты ему не поможешь. Оставь его… наедине с его горем. Вытираясь, я спросил про Вейниса и других вампиров, но Хоркат про них ничего не мог сказать. Он знал только, что умерли десять вампиров и еще несколько серьезно ранены, но кто именно — неизвестно. Затем я оделся, и мы с Хоркатом пошли поесть в Зал Хледона Лурта. А потом сразу же вернулись в комнату и никуда больше не выходили весь день. Конечно, мы могли бы остаться пировать с другими вампирами (завидев меня, они приветственно закричали), но мне не хотелось слушать их хвастливые слова, не было сил радоваться вместе с ними тому, сколько вампирцев мы уничтожили. Ближе к вечеру ко мне пришел мистер Джутинг. Лицо у него было еще бледнее, чем обычно. Он тяжело опустился на мою койку, закрыл лицо руками и тихо застонал. — Знаешь уже? — еле слышно спросил он. — Да, — ответил я. Подумал и как-то глупо добавил: — Мне очень жаль. — Думал, она выкарабкается. Было понятно, что рана смертельная, но ведь она так долго не сдавалась, хотя давно должна была… что я уже начал надеяться: она выживет. — Ее… — У меня перехватило голос, и я кашлянул. — Ее уже кремировали? Он покачал головой: — Еще никого не кремировали. Хранители крови забирают тела на два дня и две ночи — так принято. А вот вампирцев… — Он опустил руки, и я увидел выражение его лица: оно было просто страшным. — Их гнусные тела в эту самую минуту пожирают языки пламени. Мы забрали их у Хранителей и расчленили, так что их души никогда не попадут в рай! Чтоб они вечно гнили на земле, от которой не смогут оторваться! Пожалуй, сейчас не самое время рассказывать ему об отвращении, испытанном мной в пещере, и делиться мыслью о том, что вампиры должны научиться состраданию. Я решил пока держать язык за зубами и поспешно кивнул. — А что с… Курдой и… другими? — спросил Хоркат. — С ними потом разберутся, — ответил мистер Джутинг, недобро прищуриваясь. — Их сперва допросят, потом казнят. Я этого зрелища не пропущу. А вы пойдете смотреть? — На суд — да, — ответил я. — А на казнь — вряд ли. — Я… не пойду… ни туда, ни туда… Думаю… мне там не место… Это дела… вампиров. — Как хотите. А на похороны? Пойдете попрощаться с Аррой? — Конечно, — прошептал я. — Я тоже… пойду. При упоминании об Арре лицо мистера Джутинга смягчилось. — С тех пор как ее перенесли из пещеры, она почти ничего не говорила, — прошептал он скорее самому себе, чем нам с Хоркатом. — Ей было трудно говорить. Нужно было беречь силы. |
