Он постучал в дверь, ему никто не ответил. Внезапно ему представилась картина, как они оба лежат в одной кровати, и он почувствовал, как в нем загорелась злость и кровь застучала в ушах. С трудом, но он заставил себя успокоиться. Нет, подумал он, не сейчас. Еще нет. Не время. Но скоро. Он постучал еще раз. Нет ответа. Он прижал ухо к двери. Быть может они не слышат? Совершенно невероятно. Они оба опытные путешественники, прошли не одну пустыню, а это значит, что они должны просыпаться мгновенно. В пустыне нужно уметь спать так, чтобы быть готовым вскочить в любой момент, иначе можно не проснуться.

Он опять постучал. — Сорак! — позвал он. — Риана! Откройте дверь! Это я, Валсавис!

Нет ответа. Он попробовал дверь, она оказалась незапертой. Он с силой распахнул ее. Никого, в комнате никого. Он сразу отметил, что оконные ставни распахнуты. Их вещей нет, а кровати не разобраны, в них не спали. Плохо дело! Он быстро пошел в зал для еды, но среди завтракающих постояльцев гостиницы их не было. Он помчался в лобби.

— Мои два товарища, — сказал он клерку, — я еще заплатил тебе за то, чтобы ты смотрел за ними…ты видел их сегодня?

— Нет, сэр, — ответил клерк. — Вчера ночью вы пришли все вместе, и с тех пор я их не видел.

— Они, что, уехали?

— Даже если они и уехали, сэр, мимо меня они не проходили, уверяю вас. Но вы можете проверить у привратника, сторожащего ворота.

Валсавис так и сделал, но человек, дежуривший у ворот, тоже их не видел. Валсавис вспомнил распахнутые ставни их окна, побежал обратно в сад. Он сошел с мощеной плиткой дорожки, ведущей ко входу в Оазис и пошел между деревьями, пока не оказался в точности под окном их номера. Он проверил землю ниже окна, потом негромко выругался. Так и есть, они сбежали через окно. Скорее всего прошлой ночью, пока он, как идиот, занимался сексом с этой смазливой девчонкой. Он пошел по следу до стены. А вот и объяснение, почему их не видел привратник. Он отчетливо увидел место, где Риана держала ногу Сорака, помагая ему забраться на стену, а вот здесь она сама лезла на стену, а Сорак помогал ей карабкаться.

Он немедленно помчался в свою комнату, собрал вещи и, покинув гостиницу, побежал к Проспекту Мечты. Он пронесся мимо притонов беллавида и через площадь, на которой они сражались с мародерами. Ничто уже не указывала на бурные события прошлой ночи, кроме нескольких сухих пятен крови на плитках мостовой. Он прибежал к аптеке и ворвался в дверь.

— Аптекарь! — крикнул он. — Старик! Забери тебя демоны, не помню твоего имени, где ты?

Каллис прошел через занавес из бус. — О, — сказал он, увидев Валсависа, — ты вернулся, молодой человек, и так быстро? Я слышал, что прошлой ночью была какая-то заварушка. Надеюсь, что ты ранен? И ищешь мазь, которая тебя бы вылечила?

— Проклятье всем твоим мазям и зельям! — сказал Валсавис. — Где Молчаливая?

Старик потряс головой. — Ушла, — сказал он.

— Ушла куда?

— Не знаю, — ответил Каллис. — Она никогда не доверяет мне, ты понимаешь.

— Думаю, что я догадываюсь, куда она ушла, — сквозь зубы прошипел Валсавис. — Когда она ушла?

— На самом деле абсолютно точно я не могу сказать, — ответил Каллис, — но я не видел ее с последней ночи, когда ты был здесь со своими друзьями.

— А эти, мои друзья? С которыми я был здесь прошлой ночью. Они возвращались?

— Нет, — сказал Каллис, качая головой. — Я не видел и их. Но зато я вижу, что ты, молодой человек, очень возбужден и взволнован. Это очень и очень нездорово, при твоем сложении, ты же понимаешь.