|
И это Теофил? Разумный, добрый, благородный человек?…
О! Самолюбие и тщеславие! Вот оно! Им возможно, как этим, двигает самолюбие, возведенное до уровня избранности. Тот как катар мечтал о личном общении с богом и получил его… в виде Стаси, далеко не ангела, но кто б на месте дремучего средневекового жителя это заметил? Там все просто: ангел — демон, и если ты не с этой стороны значит с другой, а где какая — как угодно психике. Здесь еще проще — есть Великая Федерация и еже с ней, а кто не с ней, того нет, даже если он тесть. И Теофил — Фил понятно, мечтает уже не только о личном контакте с Высшим, он сам хочет стать Высшим. Того гипотетический Бог интересовал, этого реальный исток, но и тот и другой желают быть Избранными, считают себя таковыми.
«В графе дело», — в этом Стася был теперь уверена, полностью: «Хоть бы ребят его убрали! Хоть бы послушали меня и отправили домой»!
Что задумал этот Локлей? Чем это обернется для мира Русановой? Для их мира, других миров?
— Ну, вот, отделение произошло, — посмотрел на прибор.
— Чего от чего?
— Крови от воды, воды от крови. Теперь я запрограммирую ее и отправлю в исток в виде пси-частиц.
Стася замерла, мгновенно сообразив, что к чему и рванула путы. Ленты на руках треснули, как ветошь, но женщина о том и не думала, ей не было дело до преград, поэтому они перестали существовать. У Фила зрачки расширились, когда он увидел, как легко женщина порвала прорезиненный пластик, материал, выдерживающий десять атмосфер. Он успел лишь кинуться к панели, чтобы вызвать охрану, как получил ногой по челюсти и улетел к трещащим приборам, сметая по пути робота- нализатора.
Русанова подняла выпавший из руки доктора контейнер, глянула на светящееся деление, за стеклом которого как пузырек воздуха в стакане минералки, была заключена капелька воды, и с силой впечатала его в стену. Прибор дзынькнул и отлетел в сторону, ничуть не повредившись.
Черт бы их побрал, с технологиями вместе! — в отчаянье подумала Стася. Подобрала контейнер, попыталась его вскрыть, одновременно отправив поднимающегося Фила в нокаут. В этот момент в помещение влетел взвод мужчин, крепких и отмороженных, как курсанты в знакомой ей академии. Что биться бесполезно, было ясно, но также понятно, что контейнер нужно уничтожить во чтобы то не стало. Вода с ее клетками, набором ее информации не должна стать бомбой и уйти из этого мира. Никогда Стася не была так решительна — она всерьез приготовилась биться до последнего. Это было единственно правильным решением. Лучше погибнуть самой, чем стать причиной гибели других людей, целых скоплений миров и цивилизаций. А что такое случится, дай Локтен возможность довести задуманное до конца, она не сомневалась. Мрак живущий в мире технократии грозил покрыть все пространство, вырваться из границ своей вселенной, не понимая, не желая понимать, что угрожает не одной плоскости космического пространств, а всем измерениям, всем плоскостям вместе.
Эффект бабочки, теория Хаоса, вода, фракталы и исток — Абсолют, связались в одно. У Стаси было достаточно знаний, чтобы понять — доктор не бредил, а говорил правду, не фантазировал — действовал обоснованно.
Структуру воды, ее характеристики, Русанова проходила вместе с сокурсниками еще в первый год обучения. Это было потрясающее, удивительное зрелище, смотреть как обычная прозрачная капелька воды, в добрых, бережных руках расцветает под наноскопом как бутон хризантемы, как резонирует, гармонизируя клетки ткани, проникает внутрь, подчиняя себе остальные клетки, мгновенно обмениваясь информацией и заставляя организовывать регенерирующие заслоны в поврежденных клеточных кластерах. Как маленькая капелька реагирует на мелькнувшую мысль и тут же передает ее своим собратьям, как полученная информация легко и просто считывается, разноситься со скоростью пси-частицы. |