Радуясь тому, что получил наконец полезные сведения, Смит сунул письмо в рюкзак и торопливо покинул спальню. Выйдя на лестничную площадку, он заметил тень, мелькнувшую в окнах по обе стороны входной двери. Его сердце забилось чаще, он замер в неподвижности и прислушался. К дому приближались торопливые шаги.

Чувствуя, как в кровь хлынул адреналин, Смит бегом вернулся в хозяйскую спальню и выглянул в окно заднего фасада. Там никого не оказалось, но не было ни деревьев, ни других предметов, по которым можно было спуститься. Оставалось только прыгать.

Смит метнулся к окнам в другой стене комнаты, из которых были видны подъездная дорожка и гараж. В лунном свете подстриженная дорожка приобрела цвет потускневшей меди. Здесь были деревья, но они стояли слишком далеко и до них нельзя было дотянуться. Однако от желоба на краю крыши до самой травы спускалась водосточная труба.

Пока Смит осматривал трубу, из-за угла выбежали два человека. Они проверяли все окна, ища возможность войти в дом.

Если по приезде Смита ему и не готовили ловушку, то теперь особняк превратился в западню. Очень скоро эти двое обнаружат, что входная дверь не заперта; вероятно, они уже знают об этом. У Смита оставались считаные секунды, чтобы покинуть дом, прежде чем они войдут внутрь, поднимутся по лестнице и схватят его.

Дождавшись, когда две фигуры скрылись за углом заднего фасада, он открыл окно, сел на подоконник, свесив ноги наружу, и налег на трубу, которая была изготовлена из листового металла и, по всей видимости, надежно прикреплена к стене. Ухватившись за трубу, он соскользнул с подоконника. Труба заскрипела, но выдержала. Упираясь в нее подошвами, Смит буквально пешком спустился вдоль стены. Как только его ноги коснулись травы, он помчался по залитой светом лужайке к деревьям, за которыми прятался после того, как проник на территорию.

Из окон хозяйской спальни донеслись гневные крики по-китайски. Эти двое обнаружили открытый сейф и сообразили, каким путем скрылся Смит.

Добежав до деревьев, он начал лавировать, пробираясь в темноте сквозь густую растительность. В отдалении слышались крики, потом раздался хриплый голос, негромко отдававший приказы, словно сержант, призывающий к порядку подчиненных. Смит уже слышал этот голос — он принадлежал главарю людей, нападавших на них с Мондрагоном на острове Люйчу, высокому китайцу с рыже-белыми волосами, которого казначей «Летучего дракона» назвал Фэн Дунем.

Внезапно в темноте воцарилась зловещая тишина. Смит решил, что Фэн приказал своим людям рассыпаться и методично отжимать его к стене, примыкающей к улице и воротам. Там его наверняка поджидают другие. Фэн уже применял этот метод охвата клешами во время погони на Люйчу. Военные склонны придерживаться одной и той же излюбленной тактики — так, например, Стоунволл Джексон предпочитал ночные марши с выходом во фланг противника.

Смит повернулся и побежал к задней стене. Пробираясь среди теней, он вынул из кармана портативную рацию:

— Энди, отзовись!

— Черт побери, полковник! Вы в порядке?

— Ты видел их?

— А как же. Три машины. Я умчался оттуда во весь опор.

— Где ты сейчас?

— У ворот, как вы и велели. Спрятал машину и вернулся пешком. Все три автомобиля стоят здесь, на улице.

— В них есть люди?

— Еще бы.

— Сколько?

— На мой взгляд, слишком много. Три водителя. И еще пятеро только что вышли из ворот и присоединились к ним.

— Нам ни к чему встречаться с ними. Быстро возвращайся к машине и езжай вокруг поместья к дальнему углу. Я буду ждать тебя у стены в переулке. Понял?

— В переулке, у дальнего угла.

— Поспеши.