Первым порывом Кэна было немедленно отправиться в обратный путь, но он должен был думать не только о себе, но и о своих товарищах. Они были вымотаны дорогой, да и сам Кэн чувствовал себя смертельно усталым. Завтра утром после хорошего сна и плотного завтрака, они смогут двигаться значительно быстрее.

– Я вам очень благодарен, генерал! Мы выйдем завтра утром. Надеюсь увидеться с вашими доблестными воинами на поле боя.

– Так оно и будет, – кивнул генерал и отвернулся к своим офицерам. Аудиенция была закончена.

Возиард, хранивший молчание в продолжение встречи, провел драконидов в один из боковых коридоров, по обе стороны которого располагались двери. Он распахнул одну из дверей. В комнате находились две кровати, рассчитанные на людей, и стол, на котором стоял кувшин с водой и таз для умывания.

– Я прикажу принести пищу сюда.

– Где разместили моих солдат? – поинтересовался Кэн.

Офицер махнул рукой:

– В соседней комнате, бригадир.

Кэн сел на кровать и сладко зевнул.

– Я проверю, как они устроились, – сказал Гранак.

Оставшись в одиночестве, Кэн задумался. Не прошло и двадцати минут, как они вошли в форт, а он уже добился всего, чего хотел. Это вызывало у него неосознанное беспокойство. Он не привык, что все идет гладко, особенно с людьми. Весь его прежний опыт только подтверждал обоснованность нынешней тревоги.

«По теории вероятностей может же что-то пройти гладко, – размышлял Кэн. – В конце концов, ничего странного, что генерал Зак принял решение сразу. Он знает о драконидской крепости, и его разведчики просто обязаны были донести ему о громадном скоплении гоблинов на его территории. Возможно, это ему нравится не больше, чем нам. Но он не знал, зачем они тут и каковы их планы, а теперь, когда я ему рассказал, он решил, что пришло время избавиться от них».

Вернулся Гранак и доложил, что оба бааза прекрасно устроены, накормлены и уже спят. Вскоре принесли огромное блюдо жареного мяса и большой кувшин эля. Дракониды отдали должное угощению, и скоро Кэн, с полным желудком и блаженно расплывающимися в голове мыслями после доброй порции прекрасного эля, растянулся на полу. Он не решился лечь на коротковатую для него кровать, побоявшись, что под его тяжестью она просто развалится.

– Если вы хотите спать, бригадир, я могу подежурить первым, – предложил Гранак, усаживаясь возле двери. – Тут, как видите, нет замков.

– Не думаю, что у них здесь проблемы с ворами, – усмехнулся Кэн. – И не вижу особого смысла в ночном дежурстве. Мы либо в гостях у могущественных друзей, либо в лапах у могущественных врагов. В любом случае мы не сможем им помешать сделать с нами то, что они захотят.

– Даже если это и так, – спокойно заметил Гранак, – я, с вашего позволения, подежурю первым.

– Ну, если ты так настаиваешь, – пробормотал Кэн уже сквозь сон. – Разбуди меня на вторую смену.

Как и обещал, через некоторое время Гранак разбудил Кэна.

– Ну, есть что доложить? – сонно спросил Кэн.

– Нет, бригадир! Все спокойно.

Кэн кивнул и занял место Гранака у закрытой двери. Гранак растянулся на полу и тут же захрапел. Кэн спад плохо и, в сущности, был благодарен Гранаку за возможность посидеть и подумать если не в тишине, то хотя бы в одиночестве. Он еще и еще раз вспоминал слова генерала, пытаясь убедить себя, что все в порядке, когда услышал, как скрипнула половая доска. Звук был совсем слабый. Кэн мог и ошибиться, трудно быть в чем-то уверенным, когда Гранак так храпит. Кэн вспомнил его слова об отсутствии замков на дверях и свой легкомысленный ответ.