— Чего? — не понял я.

Пушок отошел чуть в сторону и принялся кашлять, точь-в-точь, как кот, отхаркивающий комок волос.

— Помирает животина? — с едва скрываемым отвращением спросила Лисенок.

Пушок изогнулся в дугу, крякнул и вдруг отрыгнул какой-то комок.

Лисенок брезгливо отвернулась. Зверь же замахал хвостом еще больше, схватил предмет и подтащил к моим ногам.

— Пушок, не нужно этой гадости! Убери, оно все в волосах! Хотя, постой…

Я присмотрелся. Сквозь сплетение непереваренных жил и волос проглядывалась ровная желтая грань.

— Это что? — с замиранием сердца спросил я, наклоняясь.

Пушок радостно закрухал.

— Это камень⁈ — я схватил комок, очистил его.

И с удивлением обнаружил… Агхару!

— Пушок!.. Ты как… Ах ты… Хороший мальчик! Хороший… то есть девочка!

Я принялся гладить и хлопать монстра по загривку, а тот довольно махал лапой и радостно фыркал, что пригодился в общем деле.

— У нас есть ключ? — не поверив собственному счастью, спросила Лисенок.

— Да! И все благодаря Пушку! Только… — я огляделся. — Найти бы еще сами врата, которые отпираются с помощью этого самого ключа.

— Что же делать? — спросила Лисенок.

Хотел бы я знать ответ на этот вопрос. Хотя логично, что нужно выбираться отсюда. Оставаться на одном месте, даже с ключом, бестолку. Однако первый же осмотр показал — никакой башни поблизости нет. Портала или врат тоже. Магические эманации… ощущаются, но как-то слабо и иначе. Потоки идут с равнины. Возможно, там есть кто-то, кто сможет подсказать нам, где находится выход.

— Пошли, — махнул я рукой своим спутникам.

Мы двинули по каменистой равнине, поднимая клубы пыли. Нужно было быть осторожным, все-таки чужой мир и неизвестно чего ожидать, поэтому оружие у меня было в руках. Но мы прошли первую сотню метров, вторую, третью, но так никого и не встретили. Безжизненная пустыня. В какой-то момент даже стало не по себе — а вдруг тут просто никого нет? Когда-то были — а теперь нет.

Те же самые мысли читались и в глазах Лисенка и даже Пушка. Зверек вообще трусил больше всех и все время скулил.

Но нам повезло. Вдалеке мы увидели какой-то объект, похожий на треугольный камень, широкий у основания и заострённый кверху. Пройдя пару десятков метров, я понял, что это было нечто иное.

— Жилище! — произнесла спутница, оживившись.

Я же радости ее не разделял. Кто обитает в этом незнакомом нам мире? Люди? Монстры? Или вообще какие-нибудь призраки?

Впрочем, проверить стоит — чем черт не шутит? Может быть, там знают, как выбраться отсюда.

Мы двинули к жилищу. По мере приближения поняли, что оно было построено на манер шалаша или чукотского чума. Восемь длинных жердей, связанные на верху и расставленные у основания широко в стороны, были покрыты звериными шкурами. Из самого верха жилища через небольшое отверстие курился дымок.

Этот дым и подкупил. Там, внутри, тепло, очаг, еда. Мы ускорили шаг.

Уже подходя к дому, я осмотрел округу. Возле жилища были разбиты грядки. Правда земля была плохой, сплошной песок и выжженная пыль, но тем не менее там росла фасоль, обвивая воткнутые жерди. Аккуратность огорода говорила о женской руке.

— Есть кто живой? — предупредительно спросил я. — Мы путники, пришли с миром.

И задумался. А известен ли местным жителям мой язык?

— Есть кто живой? — повторил я громче.

— Ну чего разорался? — раздался старческий скрипучий голос из чума, и я облегчённо выдохнул — язык понимают. — Кого там ветры принесли?

Впрочем, эта была какая-то странная особенность этого мира.