Моим секундантом стала Лисенок, на которую сейчас все с плохо скрываемым удивлением и смотрели — еще бы, девушка секундант! Валеев тоже кидал злобные взгляды то на нее, то на меня, посчитав, что я таким образом выражал ему свое неуважение. Мне же было лень искать кого-то еще, поэтому я позвал первого, кто попался под руку. К тому же секундант в данном случае — это условная фигура, особой роли здесь для нее не предвидится.

Место дуэли было выбрано неслучайно. Одинокая поляна в глубине сада была окружена густыми зарослями вишневых деревьев, создавая своеобразную арену, изолированную от внешнего мира. Лучи утреннего солнца пробивались сквозь листву, создавая причудливые узоры на земле и лицах собравшихся. Я уже тут был, и не раз. И всегда выходил победителем. Сегодня я тоже рассчитывал на победу. Впрочем, поединок сегодня будет не совсем обычный.

Тишину нарушал лишь шелест листвы и далекий стук дятла. В этой звенящей тишине каждый звук казался оглушительным, каждый шорох — предвестником рокового выстрела.

У вас есть право выбрать оружие. Какое оружие вы выберете? — спросил секундант.

— Пистолет, — без сомнения ответил я.

— Хорошо, — учтиво кивнул тот.

Он поднял прислоненный к дереву футляр, открыл его и, неся перед собой, подошел ко мне. От секунданта разило дорогим одеколоном, который не мог скрыть запах страха, исходивший от него.

— Прошу, сударь, — проговорил он, стараясь придать голосу твердость, — выберите оружие.

Я пристально посмотрел на пистолеты. Оба были искусно изготовлены, с инкрустированными рукоятями и воронеными стволами. Они казались абсолютно одинаковыми, но я знал, что это лишь видимость. В дуэльном оружии малейшая разница в весе, балансе или спусковом механизме могла решить исход поединка.

Я медленно протянул руку и взял правый пистолет. Подержал его в руке, ощущая холод металла, прислушиваясь к своим ощущениям. Затем так же тщательно осмотрел второй пистолет. Секундант Валеева напряженно следил за каждым моим движением, боясь упустить хоть малейший признак подтасовки.

Я вернул первый пистолет на место, сказал:

— Я выбираю этот.

Купец облегченно вздохнул и забрал футляр. В его глазах мелькнуло что-то похожее на торжество.

«Он думает, что я выбрал наугад», — подумал я, едва заметно улыбнувшись. На самом деле я заметил едва уловимую разницу в весе пистолетов. Правый был чуть легче, что говорило о возможном дефекте в стволе. Это был небольшой шанс, но в этой смертельной игре я был готов ухватиться за любую возможность.

— Господа! — крикнул секундант Валеева, обращаясь к нам обоим. — Давайте обсудим результаты дуэли — что будет считаться знаком того, что дуэль окончена?

— Смерть одного из участников! — крикнул Ермак, оскалившись.

— Видно, что вы не так часто бываете на дуэлях! — ответил я, улыбнувшись. — Одной пули может и не хватить, чтобы поразить противника.

— Сомневаешься, что я промахнусь?

— Даже если и попадете — не всегда пуля может убить человека сразу. Попадание в ногу не приведет к смерти. Так что ваш критерий не состоятелен.

— И что ты предлагаешь? — сквозь зубы процедил Валеев.

— Предлагаю изменить условия окончания дуэли тремя выстрелами.

— А что, если я и после трех выстрелов не убью тебя? — резонно спросил Валеев.

— Это будет означать, что вы очень плохой стрелок, Ермак Павлович!

Лисенок прыснула от смеха, а Валеев покраснел от злобы.

— Молись! Я тебе голову продырявлю!

— Три выстрела — сторона принимает это условие? — спросила Лисенок у второго секунданта.