— Думаешь, там кто-то остался? — спросил меня Бульдог.

— Понятия не имею, но я бы подождал минут десять, традиция у меня такая, выжидать хоть немного, прежде чем во двор лезть или в дом.

— Лады… — согласился он. — Чё потом делать будем? Поедем освобождать тех, кто выжил?

— Помолчи, — рявкнул я.

Бульдог заткнулся, а я десять минут вглядывался в окна и прислушивался к шуму внутри. Но ничего так и не заметил.

Жестом указал Бульдогу, что пора заходить. Тот пошёл первым, тихо открыв дверь.

Не заперто, скорей всего, никого нет.

Дверь толкнула пустую стеклянную бутылку, которая с шумом покатилась по полу. Похоже на сигнализацию.

Мы напряглись в ожидании нападения или любой другой реакции. Но ничего не случилось.

Бульдог медленно пошёл вперёд. За прихожей был зал с потрёпанным диваном, кофейным столиком с кучей пустых бутылок и окурков.

Окна завешены покрывалами, поверх прибитых досок. Пол в зале завален одеждой, видимо, чтоб приглушить шаги. Интересно это жильцы устроили или люди Кобольда?

Бульдог прошёл на кухню, а я осмотрел спальню. Тоже куча бутылок, банок и окурков. Судя по количеству последних, из дома должен был переть дым со всех щелей. Хотя нам было не до этого.

На чердак можно было попасть прямо из дома, что редкость для наших мест. И поднявшись туда, я понял, почему так сделано.

Его использовали как жилое помещение. Кровать, стол с компом, даже кондёр висит. Похоже на комнату какого-то подростка. Картину портит только стул у окна, несколько бутылок из-под водки и коньяка, снаряжение для чистки оружия, бинокль и карта.

Похоже, рейдеры собирались сюда вернуться. Обнаружилось также пара спальных мешков, правда упакованных и неплохой запас жратвы.

Консервы, армейские пайки, сухари. Имелись ещё целые или недопитые бутылки спиртного, чему Бульдог сильно обрадовался.

— Смотри, Код, тут даже вискарь есть.

— Нашёл время… — буркнул я, разглядывая карту.

Территория примерно в радиусе десяти километров. Изначально карта была больше, но её обрезали. Причём край обреза проходит по нашему селу, как раз в том месте, где идёт граница пазла. Короче, это карта всего пазла. На ней было отмечено множество мест кружочками, одно треугольником и парочка квадратами. Некоторые кружки были перечёркнуты крестиками. Наш дом тоже обведён кружочком и перечёркнут.

От этого меня снова охватила злость. Хотелось порвать карту и скормить нашему пленнику. Ох достанется же ему. Уроды!

Успокоившись, я аккуратно сложил карту и положил в свой рюкзак. Бинокль отдал Бульдогу, который уже дегустировал бухло. Оставшееся свободное место мы забили едой. Точнее, я едой, а этот алкаш алкоголем. Всё что не влезло в рюкзак, я сложил в пакеты.

Довольные добычей, мы вернулись домой.

Девочки встречали нас у порога, заглядывая в пакеты, будто мы из магазина вернулись. Хотя, по сути, так и есть.

Все продукты отнесли на кухню, а я пошёл к пленнику вместе с картой.

— Ну, рассказывай, где ваша база?

— Её здесь нет. Она в другом пазле.

— Да это я уже понял. Покажи, где примерно, если бы карта была больше.

— Чем показать? Я же связан.

— А, ну да. Тогда просто скажи в каком направлении двигаться, всё равно же с нами поедешь.

— Левый верхний угол, — охотно ответил пленник.

— А теперь рассказывай, что означают эти отметки, — сказал я.

— Ну, кружочки — это места проживания людей. Если от кого-то узнаём, где остались иммунные, отмечаем это место, а потом проверяем, — начал рассказывать пленник.

— Проверяете, это значит с оружием врываетесь, убиваете всех, кто сопротивляется и берёте в плен тех, кто послабее?

— Ну… Да.