— Потом расскажу, я сам нихера не понимаю. Нужно остальных освобождать.

Выйдя из камеры, я обнаружил, что Спекула уже открыла половину дверей. Пленники повыходили из камер и обыскивали мёртвых охранников на предмет оружия. Среди них я увидел несколько знакомых лиц. Из камеры напротив Васиной вышел Ювелир, а за ним и Алиса.

— А он тут какого хрена делает? — пробурчал я, направляясь к нему быстрым шагом.

Тот обшаривал один из трупов. Подбежав к нему, я двинул крысёнышу коленкой по лицу. Ювелир завалился на бок и стал отползать от меня.

— Стой, стой! Кодекс, что ты делаешь?

— Что я делаю? Сейчас я тебе покажу, что я делаю.

Я создал пластину и со всей силы влепил её в грудь ублюдку.

Тот закашлял кровью, перестав отползать. Руками он теперь закрывал рану, тщетно пытаясь остановить кровь.

— За… Кхе-кхе… Что?

— За то, что сдал нас этим ублюдкам!

— Стой, Код, что ты делаешь?! — воскликнул Алиса, встав между мной и Ювелиром.

— Разбираюсь с предателем. Ты следующая! — прорычал я.

— Он никого не предавал. Как и я.

— Анна видела его с рацией, когда на нас мутанты напали. А через несколько дней вас рейдеры накрыли, — сказал я.

— Так это же не люди трупоеда! Ювелир тут не при чём, — защищала его Алиса.

— Значит он с ними связался. Какая разница?

— Он связался с тем бродячим цирком, чтоб попросить подмогу. Но те отказали.

— Что? А эти тогда как о нас узнали?

— Нашёл у кого спрашивать. У Кобольда лучше спроси.

— Почему ты тогда сказал, что в туалет ходил, а не на крышу с рацией? — обратился я к истекающему кровью Ювелиру.

— А ты… Кхе… Ты бы мне поверил? Тьфу… Ты бы сделал то же самое, кхе, что и сейчас…

— Я и сейчас тебе не верю, — сказал я и добил его бросив пластину в голову.

— Да что с тобой?! — крикнула Алиса.

— Со мной? Что с тобой? Ты спала с Васей или нет?!

— Вот ты дурак… Значит так обо мне думаешь?

— Ну ты была весьма убедительна! Слёзы, сопли, истерика. Какого хрена?! Почему мне все врут?!

— Да потому что меня Кобольд заставил это сказать! Он знал, что ты самый сильный в нашей группе и в то же время главный. Сломать тебя — значит сломать нас всех. А потом можно делать что угодно.

— И ты ему решила помочь? Ответь честно, ты спала с ним? — я указал рукой на Васю.

Тот стоял, опёршись о стену и наблюдал за нашей драмой. Спекула в это время снимала с него маячок.

— Нет, Кодекс, не спала. Нас вообще в разных камерах держали.

— Тогда почему ты не подмигнула мне хотя бы? Дала бы понять, что это фальшак!

— А как ты сам не понял? Ты меня знаешь. Ты хоть раз видел у меня слёзы? Да я с детства сильнее всех мужиков. Я такое пережила что домашним мальчикам и не снилось. Думаешь я буду реветь из-за какой-то измены? Да к тому же я знаю тебя. Я знала, что это тебя не сломит, а наоборот — сделает сильнее. Тебя ведь разозлила эта новость?

— Ну, вообще-то да. И даже тварей как-то легче было убивать…

— Вот и делай выводы… И Ювелир тебя не предавал, иначе почему он с остальными пленными? — сказала Алиса и отошла от меня.

— Всё равно я ему не верю… — пробурчал я.

Вот теперь я реально в замешательстве. Если она меня не предавала, выходит я зря наехал на неё и на Васю. Ну Вася поймёт, а вот с ней, похоже, всё кончена.