Паника всё сильней накатывала на девушку и мешала активировать невидимость. Ей следует успокоится и сосредоточится. Но это трудновато сделать, когда за спиной разгорается пожар, а впереди мерзкие голоса, рассуждающие про «баб» и «трахать».

Арине наконец удалось стать невидимой. Она не знала, надолго ли это, поэтому решила немедленно выбираться из дома. Но было уже поздно. Незнакомцы стояли прямо в проходе и пробраться мимо них у неё не было шансов.

— Слышь, чё то горелым воняет? — спросил Баря.

— Угу, походу горит что-то.

— Да ты мля гений!

— И чё делать будем? Тушить?

— Нахера оно нам надо? Не, ты если хочешь — туши. Лично мне насрать...

— А если там живые есть?

— Если бы были, уже выбежали б на улицу. Но ты прав, нужно подождать. Не сам же огонь разгорелся.

Арина стала в панике вертеться на месте в коридоре, освещённом фонариками. Чтоб не рисковать, девушка вернулась в дом, в котором уже было полно дыма. Сделала это она очень вовремя. Невидимость как раз пропала.

Её и без того запутанные мысли ещё больше перемешались. Она не знала, что ей делать, как выбраться из этой ситуации, которую она сама и создала. Потушить огонь? Можно попробовать...

Девушка рванула к раковине, но вода почему-то не бежала, как бы она не крутила ручку крана. А больше воды и нет поблизости. Может в холодильнике?

Какое разочарование испытала девушка, повторно открыв вонючий ящик и не найдя там ни одной бутылки воды. Это в городе её хранят в пластиковой таре. В селе в этом нет необходимости, когда в каждом дворе есть колодец или скважина. Вот только во двор выйти сейчас за водой невозможно, а в доме без электричества насос не запустить. А может и не нужен никакой насос. Может достаточно повернуть какой-то краник, который Кодекс перекрыл перед отъездом? Но Арина в этом ничего не понимала и разбираться было некогда. Ей в голову пришла другая идея, ничуть не лучше предыдущих.

— Ну если это единственная жидкость в доме... — нервно проговорила она, глядя на собственную лужу.

Под потолком уже скопилось много дыма. Дышать было трудно, а ещё труднее сдерживать кашель. Арина присела, чтоб хоть глаза не так резало.

Девушка не понимала, как она может эту лужу переместить на пламя. Не руками же ей это делать. Но осмотревшись в поисках тряпки или полотенца она ничего не нашла. Всё подобное она бросила в кучу, чтоб та лучше разгорелась. Или не всё?

На ней оставалась её одежда. Короткая джинсовая юбка и лёгкая тканевая блузка, которую она нашла в одном из покинутых домов.

— Блин, жалко то как... — ворчала она, расстёгивая дрожащими пальцами одежду.

От недостатка кислорода уже кружилась голова и думать было всё сложнее. Поэтому все брезгливые мысли и отвращение к собственной моче отошли на второй план. На первом месте было выживание.

Пропитав одежду в луже, девушка бросилась в соседнюю комнату. Но огонь охватил уже всё что можно: шкаф, кровать, диван, комод и тумбочку. Этот огонь уже не потушить. А жить-то хочется. Но не хочется бежать в лапы тем уродам.

Однако не огонь угрожал её жизни, а дым. Из-за него дышать уже было невозможно, даже если лечь на пол. Девушка с отвращением посмотрела на свою мокрую блузку, которую она держала кончиками пальцев. Затем не выдержала и закашляла. Да так сильно, что едва не задохнулась.

Ей уже было плевать на свою гордость. Она прижала мокрую одежду к своему лицу, чтоб хоть немного отфильтровать кислород от дыма. Отчасти у неё получилось. Но теперь вместо гари, она чувствовала запах своей мочи. Да и не только запах. Тёплая жидкость текла по её лицу и шее, смешиваясь с потом. А огонь в это время переходил на кухню.

Девушка подползла к коридору, в надежде, что ребята уже ушли.