Айдан опять попытался закрыть дверь:

– Это частная собственность. Уберите ногу, а не то я позвоню в полицию.

– Если вы это сделаете, мне придется рассказать полицейским, да и газетчикам тоже, почему я здесь оказался. А если об этом узнают журналисты из газеты «Сакраменто Би», будьте уверены, что встречи с ними вам не избежать. Нам непросто было вас разыскать. Кто-то очень постарался стереть все следы вашего существования.

Айдан оставался непреклонным:

– Зачем вы приехали? Откуда вы вообще узнали обо мне? Что вам от меня надо?

– Ваше имя мне назвала Хезер. А вот что мне от вас нужно, я и сам толком не знаю – кроме вашего имени, она мне ничего не сказала. Она вообще мало что говорит, а это означает, что ее вышлют в Сакраменто и там будут судить за убийство.

– Это меня не касается.

– Я понимаю. Но у нас, в Нью-Хэмпшире, многих волнует ее судьба. – Он достал из кармана фотографии и показал Алдану первую из них: – Вот Хезер. Снимок сделан прошлым летом. Рядом с ней Мика. Она боится, что Мика, узнав правду, ее разлюбит, а Мика страшно переживает, без нее он не мыслит жизни. – Гриффин показал вторую фотографию: – А вот Хезер с дочерьми Мики. Слева Мисси, а справа Стар. Мисси семь лет, Стар – пять. Их родная мать погибла, когда Стар было всего два месяца. Так что Хезер стала для них матерью, и мать она очень хорошая. – Осталось последнее фото. – Здесь Хезер среди друзей. Касси – адвокат. Поппи передвигается в инвалидной коляске, с тех пор как двенадцать лет назад попала в аварию на снегоходе. Хезер была ее опорой в тот трудный период, когда Поппи выздоравливала. Хезер немногословная, но очень добрая и ласковая, всегда улыбается. Она чем-то похожа на вашу жену. Кстати, а какие у вас были с ней отношения?

– Я не знаю никакой Хезер.

– Ну хорошо, с Лайзой. Вы были ее любовником?

Айдан покачал головой:

– Нет, у нас с Лайзой ничего не было.

– А у Роба было. Вы были его лучшим другом.

– Что вы хотите от меня услышать? Что она не делала этого? Я ничего не видел.

– Я знаю, что вы заявили об этом в полиции. Но потом вы уехали из Сакраменто и порвали все связи с семейством Диченца, и мне кажется, что вы не хотели даже о них вспоминать.

– Скорее, не хотел быть у них в подчинении, – с отвращением проговорил Айдан. – Вы хоть представляете себе, что это за семейка? Чарли Диченца с любым может сделать все, что ему взбредет в голову. Один телефонный звонок – и этого достаточно, чтобы вас уволили с работы и занесли в черные списки.

– Вы знали о том, что Роб избивал Лайзу?

Айдан ничего не ответил.

– Мы разыскали врачей, которые подтвердят это в суде. Вы думаете, что она специально наехала на него?

– Понятия не имею.

– Она вымогала у него деньги?

– Мне пора на работу, – оборвал его Айдан.

– Я знаю. Я поэтому и прилетел самым ранним рейсом. Да, хотел вам сказать, что мне очень нравится, чем вы теперь занимаетесь. Вы получили диплом воспитателя, после того как уехали из Сакраменто?

Айдан кивнул.

– А до этого вы работали в Фонде Диченцы. Если сопоставить эти факты, сразу видно, что вы порядочный человек. Я только удивляюсь, как вы можете жить в ладу со своей совестью и не вспоминать ту историю с Робом и Лайзой.

Видно было, что Гриффин попал в точку.

– Так специально она на него наехала или все же нет? – продолжал допытываться Гриффин. – Никто не ответил нам на этот вопрос, никто не хочет говорить.