Лиз и забыла про это письмо, потому что оно было очень кратким и без подписи.

– И как это письмо вывело Винта на преступника?

– Он свел концы с концами, и все нам стало ясно в жизни некоего Эда Джонса. – Вырулив на шоссе, Джошуа снял хирургическую шапочку, и Лиз последовала его примеру. – Он родом из южной Калифорнии, но около года назад переехал в Техас. Когда ты уехала в Сиэтл, он тоже исчез. Мы не смогли выяснить его нынешний адрес. Процесс мог занять несколько недель, а за это время он мог бы придумать нечто похуже отравления выхлопными газами. Быстрее и проще будет заманить его в ловушку.

– Никакого Эда Джонса я не припоминаю.

– Вряд ли ты с ним встречалась, во всяком случае, до того, как он начал тебя преследовать. Твоя догадка о том, что его бросила жена, и он потерял работу, подтвердилась. Она подала на него в суд за жестокое обращение около полутора лет назад. Его довольно быстро отпустили, но из-за ареста он потерял работу, а его жена подала на развод.

– У вас есть его фотография?

Джошуа кивнул головой в сторону заднего сиденья.

– Папка там.

Повернувшись на сиденье, Лиз достала папку. Она быстро просмотрела информацию, которую Винту удалось раздобыть про Эда Джонса. В прошлом он был программистом в компьютерной фирме и исправно платил налоги. Если верить Винту, он ни разу даже не просрочил книгу в библиотеке, но зато бил жену и преследовал Лиз. Фотографии были не слишком четкие, но Лиз с ужасом поняла, что знает этого человека.

– Он работал в моем жилом комплексе в Каньон-Рок. Он всегда был такой приветливый и любезный – Лиз в течение нескольких месяцев общалась с ним почти каждый день. Они просто обменивались шутками, но все-таки это был личный контакт, и на него она бы ни за что не подумала.

– Эта информация может быть полезна Винту. Ты больше нигде его не встречала?

– Нет, я же переехала в Сиэтл. Он не стал бы так рисковать, как ты верно подметил. Кстати, в тот день, когда был матч «Морских ястребов», на многих из-за холода были лыжные маски.

– До последнего времени Немезида был очень осторожен. Поэтому-то, я уверен, он не станет близко подходить к нашим двойникам.

Одно хорошо.

– Теперь я хоть знаю, что он не сидел рядом со мной в самолете из Каньон-Рок в Сиэтл. Я бы его узнала. Наверное, он следовал за мной на расстоянии.

– Именно.

Лиз почему-то вдруг стало легче, как будто Немезида вовсе не имел такого уж сильного влияния на ее жизнь. Он, оказывается, тоже не всесилен.

– И все-таки я не понимаю, почему ты так уверен, что его удастся заманить в ловушку. Раз он знает, что ты со мной, у него могут появиться подозрения.

– Не думаю. Он полагает, что его никто не знает. Даже догадываясь обо мне, он понятия не имеет о Нитро с Винтом и не подозревает, что у меня хватило ума обнаружить его «жучки». Если бы он знал, что это мы испортили его оборудование, он не стал бы рисковать и ставить передатчик на мою машину.

– Ты прав. – Но уж как-то слишком все просто. – Ты вольнонаемник, бывший спецназовец. Он должен понимать, что у тебя имеется кое-какой опыт, ну а об остальном можно легко догадаться.

– Если он будет искать на меня данные, а я уверен, что он уже это проделал, то узнает только, что я откладываю деньги и люблю путешествовать. Для того же, чтобы найти сведения о моей службе в спецназе, ему понадобится куда больше времени, чем влезть в твой компьютер или даже разыскать твои медицинские записи. – Джошуа по-прежнему объяснялся непонятно.

– Но все же знают, что ты вольнонаемник.