– Я хочу большего. – Он прислонился лицом к ее груди. – Я хочу женщину, которую только начал узнавать. Куда она подевалась, Изабел? Куда ты ее отослала?

Зрачки Изабел расширились, но она по-прежнему молчала.

Аласдер обнял обеими руками ее ноги и прислонился лбом к бедру, а она запустила пальцы ему в волосы.

– Я здесь, – прошептала она.

– Правда, Изабел? Тогда почему ты меня боишься?

– Я не боюсь. – Но ее голос дрожал.

– Я поклялся себе, что поцелую тебя, если ты опять будешь молчать.

Аласдер встал и наклонился к ней.

В том, как идеально подходят их губы, есть какая-то магия, подумал он. И почувствовал, что к глазам подступили слезы. Его дыхание сбилось, сердце стучало молотом, все чувства были сосредоточены только на Изабел.

Даже если они перестали доверять друг другу, у них по крайней мере осталось это.

– Черт возьми, Аласдер, что это за разговоры о том, будто ты женился? И к тому же на шотландке.

Аласдер замер и заслонил Изабел своей спиной. Ее жакет был расстегнут, а сорочка и то, что было под ней, не предназначались для всеобщего обозрения.

– У тебя не отвалилась бы рука, братец Джеймс, если бы ты постучался.

Перед Аласдером стояли три его брата. На их лицах было беспредельное удивление. Только у Джеймса хватило ума выразить досаду. А у Брендана и Хэмиша, видимо, от зависти просто отвалились челюсти, как у гончих. Аласдера должно было бы огорчить их появление, однако в данный момент он не чувствовал ничего, кроме злости.

– Закройте дверь, черт побери! – зарычал он, и братья наконец сообразили, что нужно выйти. – Прости меня, – обратился он к жене. – Мои братья просто дурни.

Изабел лишь кивнула, и он увидел, что она снова ушла в себя.

Аласдер сидел на полу каюты, спиной прислонившись к койке и обхватив руками колени. Изабел, примостившаяся на самом краешке койки, позавидовала такой небрежной позе.

Три брата Макрея – Джеймс, Хэмиш и Брендан – сидели напротив них тоже на полу. Было что-то во внешности братьев, объединявшее их: линия подбородка, гордый нос. В остальном они были так не похожи, что запросто могли бы быть кузенами, а вовсе не родными братьями. Джеймс был высоким и стройным. Хэмиша природа наградила широкими плечами и приземистостью. А Брендан, молодой человек среднего роста, гораздо чаще своих братьев улыбался. Однако история, рассказанная Аласдером, была воспринята всеми тремя одинаково.

– Этот негодяй попытался снова захватить землю? – сердито спросил Хэмиш. – По-моему, следует научить этого Магнуса Драммонда соблюдать границы.

– И как можно скорее, – добавил Джеймс.

– Предлагаю свою помощь, – решительно вступил Брендан, будто предвкушая схватку.

С этими Макреями шутки плохи, подумала Изабел. Подозревает ли ее отец, в какой он опасности? А она? Аласдер многое опустил в своем рассказе, например, все, что касалось их женитьбы.

Поддавшись импульсу, она положила руку на плечо Аласдера, и он накрыл ее своей ладонью. Это был молчаливый жест поддержки. Другой рукой он начал рассеянно гладить ее колено, будто почувствовав ее тревогу.

– Как вы узнали, что я в Гилмуре? – спросил он.

– Нам сказала об этом графиня. Ты ей очень понравился, Апасдер. Думаю, что в Брэндидж-Холле ты одержал победу.

– Значит, я ей понравился? – улыбнулся Аласдер.

– Боюсь, у нас плохие новости, – вмешался Джеймс. – Графиня скончалась через два дня после нашего прибытия в Брэндидж-Холл.

Сердце Изабел сжалось. Новость не была такой уж неожиданной, но все же лучше было бы никогда о ней не узнавать.