– Что ж, здесь его нет, – Лола сделал несколько шагов вперед. – Я не хочу говорить об этом. У меня еще одно выступление. Оставьте меня в покое.

 Музыканты равнодушно наблюдали за этой сценой.

 – Мне необходима ваша помощь, – сказал Майкл.

 – Вы кто, коп? Он должен вам деньги?

 – Меня зовут Майкл Пул. Я врач. И когда-то был другом Тима Андерхилла.

 Лола прижал ладони ко лбу. На лице его было написано, что больше всего он сейчас желал бы, чтобы Майкл Пул оказался дурным сном, который вот-вот закончится. Затем он опустил руки и поднял к небу глаза.

 – О, Боже, начинается.

 Лола обернулся к барабанщику:

 – Ты знал когда-нибудь Тима Андерхилла?

 Тот покачал головой.

 – Вы не бывали на Бугис-стрит в начале семидесятых?

 – Мы тогда были еще в Маниле, – ответил барабанщик.

 – Играли по барам, – добавил музыкант, игравший на синтезаторе. – Счастливые это были деньки. Делали что хотели.

 – Вы можете сказать мне, где его найти?

 Лола заметил, что пальцы его измазаны просыпавшейся подводкой. Он достал бумажную салфетку и медленно, не сводя взгляда со своего отражения в зеркале, вытер их.

 – Мне нечего скрывать, – сказал он. – Совсем наоборот. Он снова посмотрел на Пула.

 – А что вы собираетесь делать, когда найдете его.

 – Поговорить.

 – Думаю, это не все, чего бы вы хотели, – Лола тяжело вздохнул. – Я действительно еще не готов к этому.

 – Назовите только время и место.

 – Только время и только место, назови мне время и место, – дурачась, запел клавишник.

 – Вы знаете Брас Базах Парк? – спросил Лола. Пул сказал, что сможет найти.

 – Возможно, я встречусь там с вами завтра в одиннадцать. – Лола опять пристально изучал себя в зеркале. – А если меня не будет, забудьте обо всем. И больше не возвращайтесь, о’кей.

 Пул кивнул, прощаясь, хотя никто из этих людей не внушал ему симпатии.

 Барабанщик начал петь:

 – А знаете ли вы дорогу на Брас Базах Парк?

 И под его шутливое пение Майкл Пул покинул комнату.

 7

 На следующее утро Майкл отправился к месту встречи. Примерно через полчаса ходьбы он увидел небольшую треугольную лужайку, отделявшую Орчад-роуд от Брас Базах Парка.

 Майкл пошел на встречу один: Конор был по-прежнему слишком слаб, а Гарри Биверс, появившийся за завтраком в кофейне с мешками под глазами и огромной красной ссадиной над правой бровью, заявил, что, по его мнению. Пулу лучше отправиться в парк одному, чтобы не спугнуть парня.

 Пул понимал, почему Лола выбрал для встречи Брас Базах Парк. Это было, видимо, самое людное место в Сингапуре. Что бы ни произошло в парке, это не укрылось бы не только от его посетителей, но и от обитателей домов, стоящих по обе стороны широких улиц, ведущих к парку, и от проезжающих мимо машин. Брас Базах напоминал островок безопасности посреди переполненного перекрестка.

 В узкой восточной части парка три довольно широкие извивающиеся дорожки сливались в одну, которая огибала какую-то абстрактную бронзовую скульптуру и деревянный указатель.

 Пул прошел по Орчад-роуд до светофора, возле которого можно было перейти улицу и попасть в Брас Базах Парк. Было без пяти одиннадцать.

 Майкл уселся на одну из скамеек, стоящих на дорожке, проходящей ближе всех к Орчад-роуд, и огляделся, пытаясь угадать, где находится сейчас Лола.