– А писатель ваш, он часто сюда наведывается? Как его зовут, кстати? – снова обратился к строителям Трофимов.

– Константин Аполлонович Трегуб. Вы что, его подозреваете? – испугался строитель. – Не, не он это, точно вам говорю. По всему видно, что убийца обладает хорошими физическими данными, раз крест с девушкой сумел поднять и к стене привалить. А Трегуб – старый пердун; если бы он крест поднял, то прямо тут бы и помер от натуги. И потом, Константин Аполлонович давно здесь не появлялся. Шифруется, гад.

– В каком смысле? – уточнил Трофимов.

– В том смысле, что денег нам за работу должен. Когда уезжал, обещался привезти через пару дней, и до сих пор везет. Нет бы по-человечески сказать – денег нет, мужики. Как будут, так сразу. Нехорошо так себя вести, еще интеллигент называется.

– Согласен, нехорошо так себя вести, – равнодушно сказал Трофимов и потерял к писателю интерес. – Крест, видно, с местного кладбища приволокли, – предположил он.

– Да, оттуда, – снова вступил в разговор строитель. – Две недели тому назад с одной могилы сдернули. Кладбище со второго этажа дома писателя видно. Мы в одно утро с Петькой проснулись, смотрим, а на одной могиле креста нет.

– Что же не заявили? – спросил Трофимов.

– Мы подумали, что это пацаны из соседней деревни нашкодили, отморозки. Повадились, паразиты, у Тараканихи яйца воровать, а к осени так вообще обнаглели и козу сперли. Мы решили бабке подсобить, пошли разбираться. Нашли сосунков, хотели по-людски поговорить, так, мол, и так, совесть надо иметь, бабка старая, тяжело ей, молоком только и живет, возвращайте козу взад. Один заточку вытащил. Другой розочкой от бутылки перед моим носом стал махать. Глаза выкатил, изо рта реально слюна течет – дебил, одним словом.

– Так без козы и ушли? – полюбопытствовал Трофимов.

– Почему? – удивился строитель. – С козой мы ушли, как же без козы! По-людски поговорить не вышло, пришлось разговаривать по-мужски. Пару пенделей говнюки получили, больше к Тараканихе носа не кажут. А насчет креста мы разбираться не пошли, не успели. Повезло ребятушкам, за такие дела, как осквернение могил, мы бы…

– Ладно, откуда крест, это сейчас не главное, – перебил строителя Владимир. – А как его подняли и к стене привалили – в самом деле вопрос интересный. Ну все, Леночку Петровну можно звать и приступать к детальному осмотру. Вень, кликни ее, – попросил он.

Трофимову никуда ходить не пришлось, Елена Петровна вернулась сама и, кряхтя и ругаясь, спустилась в погреб.

– Хорошие новости, ребятки, – доложила она. – Очень хорошие новости. Я даже и не рассчитывала на подобную удачу. Нашелся свидетель, точнее свидетельница. Соседка из дома напротив только что приехала. Она знает, как зовут нашу загадочную арендаторшу.

Месяц тому назад она получила приглашение принять участие в зрительской массовке в популярной передаче «Чудеса света» и поехала на Киностудию имени Горького. Предварительный инструктаж и отбор проводила редактор этой программы. В передаче соседка так и не засветилась, в последний момент сбежала из павильона, природная застенчивость помешала ей стать звездой телеэфира. Но имя редактора в ее голове отложилось и вновь всплыло на прошлой неделе… – Елена Петровна сделала многозначительную паузу, – в минувший четверг! Она здесь только по выходным бывает, работает, но вечером ей позвонил какой-то незнакомый мальчишка и сказал, что ее дом горит. Телефонный хулиган. Она перепугалась и понеслась на ночь глядя. Возвращаться уже поздно было, решила там заночевать и встать пораньше, чтобы успеть на работу.