– Он хочет построить здание повыше, – сказал Блейн.

– Выше трех этажей?

– Я знаю, что это совсем другая категория, но нам нужно думать о будущем, о наших внуках и правнуках. Чем выше класс отеля, тем быстрее окупается его строительство.

– Я так понимаю, ты снова разговаривал с членами городского совета.

Если на землях Колдеров будет построен пятизвездочный отель, это положительно повлияет на развитие мелкого и среднего бизнеса в районе.

Блейн снова прокашлялся:

– Ты знаешь, что они правы.

– Я знаю, откуда ты взял эти идеи, Блейн.

– И ты с ними согласен.

Броуди действительно был согласен. Ныне живущие Колдеры, равно как и их предшественники, были обязаны поддерживать местное население. Развитие туризма, безусловно, пойдет ему на пользу. Чтобы мечта его брата осуществилась, Броуди нужно лишь найти деньги.

– Ничего не подписывай сегодня, – сказал он.

– Не буду. Ты уже близок к решению проблемы? – спросил Блейн, который был знаком с ситуацией вокруг кражи кода у «Шетланд Тек» лишь в общих чертах.

– Я к нему приближаюсь, – ответил Броуди, понимая, что немедленно должен что-то предпринять, иначе ему придется признаться своей семье, насколько серьезны их финансовые проблемы.

– Держи меня в курсе событий. – Блейн снова прокашлялся.

– Хорошо. Поправляйся.

Блейн издал смешок:

– Я в надежных руках.

Броуди с улыбкой разорвал соединение.

– Какие-то проблемы? – спросил Уилл.

– Они хотят построить отель большего размера.

– Дай угадаю. Для этого им нужно больше денег.

– Я всегда знал, что ты чертовски умен, – усмехнулся Броуди. – Деньги нужны всегда, и чем больше, тем лучше. Мы с тобой должны победить в этой схватке. И как можно скорее.

– В таком случае давай надеяться, что Квентин из тех людей, кто приносит работу домой. Если ты сможешь подобраться к его домашнему компьютеру, я скажу тебе, что нужно искать. Но смотри, чтобы тебя не подстрелили его русские телохранители.

Броуди нахмурился:

– Я не собираюсь подставлять себя под пули.

– Никто не собирается. Это происходит внезапно и обычно в самое неподходящее время.

– Дорогая! – воскликнула Хлоя, заключив ее в объятия.

У Хлои была стрижка «ежиком». На ней была майка, расшитая разноцветными пайетками.

Кейт показалось, что она перенеслась в детство.

– Не думала, что ты приедешь, – пробормотала Хлоя, покачивая ее в объятиях.

– Разумеется, я приехала, – ответила Кейт.

– Это было ужасно. – Шмыгнув носом, мать отпустила ее.

– Не могу поверить, что ее больше нет.

Перед внутренним взором Кейт возник образ ее сестры. Она увидела Франси улыбающейся девочкой, которая сидела напротив нее и ела мороженое, посыпанное разноцветными карамельными зернышками. Эта картина тут же сменилась другой. Кейт вспомнила, как Франси однажды прокричала, что ненавидит ее, и выбежала из квартиры, громко хлопнув дверью.

Кейт не осуждала сестру за этот поступок. Она знала, что гнев Франси был направлен не на нее, а на мать. Хлоя никогда не была образцовой матерью. Она заботилась о дочерях или игнорировала их в зависимости от настроения. Большую часть времени оно у нее было плохим. Она обвиняла их в том, что они испортили ее фигуру и ограничили свободу. Что она была вынуждена сидеть дома и вытирать их сопливые носы, вместо того чтобы искать достойного мужчину, пока она была еще молода и красива.