Он согласно покивал.

— Поэтому для прочистки мозгов я уже успел совершить утреннюю пробежку.

Клер повернулась к холодильнику за своим обычным йогуртом и замерла как вкопанная. В уголке, специально отведенном под кошачьи мисочки с водой и сухим кормом, аккуратно собрав вместе все четыре лапки, расположилась Зоя собственной персоной. Со всей присущей ей грациозностью, она поедала тунца прямо из консервной банки, старательно пытаясь не задеть острые края тонким розовым язычком.

— Я пытался найти путь к ее сердцу. — Казалось, замешательство Клер искренне позабавило Хантера. — Поэтому, воспользовавшись твоим советом, забежал в магазин и приобрел для нее немного рыбки.

— Не знаю, как насчет сердца, но к желудку ты пробился. Похоже, она в восторге.

Предательница! Клер старательно обошла кошку, которая и не собиралась при ее появлении прекращать свою экстравагантную трапезу. Продала душу за банку консервов! Она не удержалась и быстро, тайком от Хантера, показала Зое язык.

— Давно ты стал увлекаться утренним бегом? — холодно поинтересовалась она, достав пакет сока и наполнив стакан.

— Сейчас это превратилось в повальное увлечение. Все бегают.

— Я не бегаю, — отрезала Клер. И тут же пожалела, если не о самих словах, то об интонации, с которой они были сказаны. Хантер моментально уловил подтекст. Клер никогда никуда не бегала, это он убежал. От нее, от свадьбы, от семейной жизни. Она сделала слабую попытку замять неловкость. — Я не люблю поступать, как все.

Хантер не отвечал. Тянулись томительные секунды. Клер набралась смелости и осторожно взглянула в его сторону. Карие глаза в упор рассматривали ее.

— Да уж, с этим трудно спорить. — Его голос почему-то показался ей хриплым. — Ты не такая, как все.

— Я имела в виду…

— Не надо ничего объяснять, Клер.

Воздух дрожал от возникшего напряжения. Казалось, еще минута, и в сгустившейся наэлектризованной атмосфере маленькой кухни запрыгают шаровые молнии. Малейшая искра, дуновение ветра, просто движение — и вспышка неизбежна. Взгляд Клер в панике заметался по кухне, она не знала, куда девать глаза. Хантер. Окно. Зоя. Потолок. Кончики собственных туфель. Наконец удалось задержаться на стакане с соком. Клер впервые с такой очевидностью убедилась в пользе этого напитка. Непревзойденное средство, когда необходимо успокоить не в меру разошедшиеся нервы.

Хантер, не отводя от нее пристальных глаз, откинулся на спинку стула.

— Клер?

— Что? — полуобморочным голосом откликнулась она.

— Сегодняшняя ночь в твоей комнате была очень непростой для меня. Я много размышлял над тем, кем мы были друг для друга и что же на самом деле произошло в нашей жизни много лет назад. Мне все казалось — ответ где-то рядом, здесь, в твоем доме. Надо только как следует поискать, и все станет просто и понятно. Но даже та старая фотография на полке не смогла мне помочь.

— Если ты искал моих воспоминаний, то их там давно нет. В моей жизни теперь совсем другой период. Так же, как и в твоей.

— Но все же…

— Ты ведь не рассчитывал всерьез, что за двенадцать лет ничего не изменилось и я осталась прежней? — мягко перебила она.

— Я сам не знаю, Клер. Я не знаю, чего ожидал и на что рассчитывал.

— Мне очень непросто видеть тебя сегодня здесь, Хантер. Честно говоря, я сомневаюсь, захочу ли когда-нибудь еще раз хоть что-то разделить с тобой, будь то кров, пища или невзгоды и радости. И печальные события, связанные с уходом Эллы, только обостряют ситуацию. — Она помолчала. — Ты понимаешь, о чем я?

— Тебе действительно интересно мое мнение? — вопросом на вопрос ответил он.