— Мы все слишком далеко живем. Никто не хочет быть привязан к собственности за сотни миль от дома. Даже я. Хотя лично мне дом очень дорог. Так же, как и тебе.

Клер устало прикрыла глаза. Не было смысла возвращаться к вчерашней дискуссии.

— Отложите решение проблемы на год. Обдумайте все хорошенько. И если ты не передумаешь… если вы не передумаете… — Голос Клер дрогнул. — Короче говоря, за этот срок многое может измениться.

Хантер помолчал. На его лице отразились колебание и неуверенность, но, когда он заговорил, слова звучали решительно.

— Ты права, когда говоришь, что людям и мнениям свойственно меняться. Но есть вещи, не подверженные изменениям. Они просто заканчиваются, и все. Ты понимаешь? — Опять повисла пауза. Клер хотела уточнить, что именно закончилось, но побоялась. Поэтому сочла за лучшее просто кивнуть головой в знак согласия. — Если ты не сумеешь продать дом…

— Я не буду этим заниматься, — неприязненно ответила Клер. Хантеру наплевать на чувства. Все рассуждения о привязанности к дому — лишь дань вежливости, за которыми сквозит едва прикрытое стремление избавиться от прошлого. Чем быстрее, тем лучше. Желательно прямо сейчас.

— У меня два условия. Во-первых, я хочу лично беседовать с каждым покупателем. Будет легче расстаться с родовым гнездом, зная, в каких руках ты его оставляешь. Дом не должен быть снесен. И второе. Агент по продаже — то есть ты — будет действовать на основании генеральной доверенности. Я не могу выдать такой серьезный документ незнакомому человеку.

— Хантер, но это займет все твое время. Мы постоянно будем мотаться на показы. Зачем в таком случае тебе обращаться в мое агентство? Продавай дом сам.

— Я не хочу тратить время на оформление бумаг и сбор документов. Этим будешь заниматься ты. А в качестве компенсации за необходимость постоянно терпеть мое присутствие и капризы я предлагаю увеличить размер твоих комиссионных.

Клер почти не обратила внимания на очередную попытку Хантера откупиться от растоптанной любви. Здесь речь шла о бизнесе. Эмоциям не было места.

— Я не люблю работать со знакомыми. Дружба и деньги — понятия несовместимые. Обязательно возникнут финансовые недоразумения.

— Я тебе полностью доверяю, — твердо и очень серьезно сказал Хантер.

Он ни минуты не сомневался, что сумеет заставить Клер принять его предложение. Более того, ему удалось уговорить ее поехать на участок прямо из офиса. В конце концов, продавец должен точно знать, какой товар предлагает, тем более что дом появится в прайс-листе уже завтра.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Дом оказался гораздо меньше, чем помнилось Хантеру. Ступени старого крыльца совсем провалились. Сколько летних вечеров он просидел здесь мальчишкой, обхватив разбитые коленки и глядя на падающие звезды. А в густой тени раскидистого дерева у ограды они однажды целовались до головокружения. Потом Клер вырвалась и убежала.

— Все так сильно изменилось? — Вопрос Клер нарушил молчание. — Ты смотришь на дом, словно видишь его впервые. — Она поднялась вслед за ним на крыльцо. Каблучки громко простучали по рассохшимся доскам. — Посмотри, ирисы, которые сажала Элла, опять расцвели.

Среди высокой травы поднимались, покачиваясь под легким ветром, желтые и синие шапки цветов. Глазам Хантера стало больно, но вовсе не из-за слепящего полуденного солнца. Он вдруг совершенно отчетливо увидел, как мама склонилась над клумбой, заботливо выкладывая принесенные с ручья камни. Он отвернулся.

— Кустарник подобрался совсем близко к дому, — продолжала Клер.