Голос мужчины невольно заставил метрдотеля поежиться. Низкий, отрывистый. Приказ, не просьба.

Метрдотель суетливо поклонился и, развернувшись, быстро направился на кухню. Только сделав несколько шагов, он понял, что выполняет не свойственные ему обязанности, отдал заказ официанту, а сам поспешил к бару. Глоток виски привел его в себя, а вышедшая под свет софитов полногрудая женщина с блестящими как золото волосами пообещала более приятное продолжение вечера.

Златовласка стояла на вспыхнувшем от ярких прожекторов подиуме и выглядела так притягательно, что гул голосов в зале стал смолкать. Взгляды всех устремились к ней — пышнотелая, белокожая, с большими, жирно подведенными глазами, она как будто выставляла себя на продажу по самой высокой цене.

— Лоретта, милашка! Лоретта, красотка! Привет, лапочка! — раздалось из зала.

Лоретта бережно сняла микрофон со стойки.

— Добрый вечер, — сказала она глухим томным голосом и махнула рукой, будто звала к себе в постель.

— Привет, привет! — отозвался зал.

Аккомпаниаторша коснулась пальцами клавиш, Лоретта запела. Зал завороженно слушал хрипловатый голос певицы, и только мужчину за дальним столиком в углу, что потягивал бренди, чувственный голос явно оставил равнодушным. Он с удовольствием хрустел хорошо прожаренной картошкой, жевал кровавый бифштекс, а закончив, закурил сигару, откинувшись на спинку стула. Казалось, его ничто не волнует.

Он заметно оживился, только когда Лоретта закончила выступление. Певица принимала цветы и знаки внимания, девушка, аккомпанирующая ей, собрала ноты и, сунув под мышку, пошла к выходу.

Мужчина, что так равнодушно воспринимал выступление певички, резко встал со своего места и, в несколько шагов преодолев разделяющее их расстояние, перехватил аккомпаниаторшу у выхода.

— Кейли Сандерс?

Девушка подняла на него глаза. Он не подал виду, как его поразил ее взгляд. У нее были изумительные глаза: ясные, чистые, но таящие загадку, влекущие. В них хотелось смотреть не отрываясь, хотя и становилось страшновато, как от высокого неба над высокогорным плато. Он перевел взгляд на ее губы. Лучше бы ему не делать этого! Ее чувственный мягкий рот так и звал к поцелую…

Губы девушки дрогнули.

— Мы знакомы?..

— Вилли Дик.

— Чему обязана?

— Прошу уделить мне некоторое время. Буду признателен, если вы окажете мне честь и разделите мой досуг.

— Мистер Дик, я не девушка для сопровождения. У меня был долгий, трудный день. Я устала. Будьте добры, пропустите меня. Я спешу домой. — Она на секунду запнулась. — Меня ждет муж, — сказала она нарочито громко и отчетливо.

Девчонка совершенно не умеет врать, отметил про себя мужчина.

— Ваша сестра ничего не знает о вашем замужестве.

Она напряглась, взгляд выражал смятение.

— Лилит дала мне о вас иную информацию. Вы одиноки и… глубоко переживаете за ее благополучие. Ведь так? Вам небезразлична судьба вашей любимой сестры?

— Что с Лилит?.. — выдохнула девушка, и ее бледное лицо пошло красными пятнами.

— Немного терпения, я вам все расскажу.

Он взял ее за руку — пальцы ее были холодны как лед — и повел за собой в глубь зала, усадил за свой столик.

— Красное вино, — приказал он официанту.

Заказ тут же был исполнен.

Дрожащей рукой девушка поднесла бокал ко рту.

Пока она пила, мужчина беззастенчиво разглядывал ее. На ней был тонкая белая в полоску блузка, свежая, без единого пятнышка. На безымянном пальце правой руки он заметил кольцо с крупным камнем. Лицо красивое, с правильными чертами. Выступающие скулы и темные круги под глазами свидетельствовали об усталости и делали девушку старше.