Даниэла мельком оглядела себя. Ну конечно же! Дьявол дернул меня выбрать полупрозрачную блузку и обтягивающие узкие брюки. Теперь понятно, почему Себастьян вдруг вздумал расточать любезности. Никогда в жизни больше не надену первое, что попадется под руку!

Нахмурившись, она укоризненно произнесла:

— Это что, комплимент?

— Скорее констатация факта, — спокойно отозвался Себастьян и как ни в чем не бывало добавил: — Прошу к столу, леди. Спагетти остывают. — Заметив, что Даниэла колеблется, он насмешливо произнес: — Не бойтесь, я вас не отравлю. Мне не раз приходилось ублажать нежные желудки.

Ну вот, и этот туда же, с каким-то болезненным отчаянием подумала молодая женщина. Все мужчины одинаковы! Едва лишь почуют малейший интерес к своей персоне, тут же начинают похваляться успехами у противоположного пола. Неужели всерьез считают, будто это добавляет им привлекательности?.. Возможно, но только у женщин ординарных и пошлых, под стать им самим!

С вызовом вскинув голову, Даниэла произнесла:

— Вы имеете в виду нежные желудки женщин, покоренных вами?

Она ожидала, что ее собеседник смутится. Однако он лишь холодно сощурил глаза.

— И женщин тоже, если они входят в разряд моих пациенток. Я подразумевал лишь специальную диету, которую разработал для послеоперационных больных.

Даниэла сконфуженно потупилась.

— Извините. Я сегодня сама не своя.

— Неудивительно, учитывая внезапный отъезд Джастина. — Его голос прозвучал осуждающе. — Сорвать свадьбу, бросить невесту и умчаться к черту на куличики — разве этого недостаточно, чтобы выбить женщину из колеи?

— Он ничего не срывал и никого не бросал! — пылко возразила Даниэла, на самом деле глубоко уязвленная поступком жениха. Действительно, как Джастин смог так поступить с ней? — Долг — превыше всего!

— Узнаю слова любезного братца. Но вы-то сами так не считаете, верно?

Вспомнив, что нападение — лучшая оборона, Даниэла перешла в атаку.

— У Джастина не было другого выхода. Разве вы на его месте поступили бы не так?

— Ни в коем случае. Будь я на его месте, то никогда бы не оставил вас.

И вновь в словах Себастьяна Даниэла уловила те странные нотки, от которых мучительно и сладко заныло в груди. Избегая смущающего ее взгляда зеленых глаз, молодая женщина произнесла:

— Однако еда и в самом деле остывает. Может, позавтракаем?

— Отличная идея, — ответил Себастьян, впрочем, без особого энтузиазма.

Молча они сели за стол. Но, едва попробовав спагетти, Даниэла не удержалась и воскликнула:

— Ммм… как вкусно! Это самые вкусные макароны изо всех, что я когда-либо ела. Что здесь? Зелень, кусочки овощей, кетчуп…

— Плюс кое-какие специи, — добавил Себастьян. Искренняя похвала вновь вернула ему хорошее настроение. — Хотите, дам рецепт?

— Обязательно! Вам следовало бы стать шеф-поваром в каком-нибудь ресторане, а не хирургом.

— Поверьте, хирург из меня получился тоже не последний, — заметил Себастьян. — По крайней мере, так утверждают специалисты.

— Но почему вы выбрали именно эту профессию?

— Дань альтруистической стороне моей натуры, — наполовину в шутку, наполовину всерьез ответил он. — С детства мечтал помогать людям. Кстати, хотелось бы задать встречный вопрос: что вас заставило выбрать столь специфическое занятие, как предсказание грядущего?

Даниэла задумчиво склонила голову набок.

— Наверное, то же самое. Всегда хотелось быть полезной ближнему своему, и я стараюсь делать это при помощи своего дара.