|
Но в иных случаях он оставался для нее непостижимым. Кавена не возвращался в ее комнату с тех самых пор, как они провели вместе ту единственную ночь. Сотни раз Кимберли размышляла над этим. Он в самом деле строил из себя джентльмена или за этим крылось нечто большее? Возможно, в физическом плане она не настолько его удовлетворяла, как он ее. Кимберли судорожно сжимала пальцами шест, поддерживающий навес, и всматривалась в темноту. Перед ней расстилался уголок темного сада, а вдали виднелась та каменная изгородь, за которую ей запрещено выходить. Вдалеке в темноте выступали очертания здания, где содержались цистерны, в которых бродило вино. Во все стороны простирались акры виноградников, покрывая тихие холмы под бледной луной. Это была красивая и мирная картина процветания. Кимберли предалась раздумьям, как это отличается от того образа жизни, который вел Кавена, прежде чем вернулся домой.
— Разве здесь не прохладно, Ким? Она обернулась на звук знакомого хрипловатого голоса Старки и улыбнулась ему. Кимберли уже решила, что ей нравится этот странный отчужденный тип, хотя она не совсем понимала его. — Мне нужен свежий воздух. Я вернусь через несколько минут, — оправдывалась она. — Хорошо проводите время, Старки? — Не очень-то я жалую коктейльные вечеринки, — любезно пробормотал он — Я тоже. А Кавена? — Вы еще многого о нем не знаете, верно? Удивленная его вопросом, Кимберли покачала головой. — Временами я думаю, что знаю его. А иной раз… — она не закончила предложение. — Думаю, он то же самое чувствует относительно вас. Это все природа человеческая. Кимберли скользнула по нему изумленным взглядом. — Вы что, изучаете человеческую природу? Старки поднял вверх стакан. — Это все виски. Пробуждает интеллектуальные способности, как я только что объяснял Кавене. — Очаровательно. Какие еще выводы вы сделали, изучая сей предмет? — Насчет вас и Кавены? Думаю, только самые очевидные. — То есть? — Что вы подходите друг другу, — пояснил Старки. — Он нуждается в вас, Ким. — Прямо не знаю, Старки, — тихо отозвалась она. — У него другая жизнь, и все эти люди рядом с ним, винодельня опять же, долг по отношению к семье. Всего с избытком. Зачем ему еще я вдобавок? — Вы можете держать эти вещи в узде, чтобы они не подмяли под себя всю его жизнь. Сможете подарить ему обособленный мир, где он мог бы расслабляться и оставаться наедине с той, которая поставит его на первое место. Она беспокойно пошевелилась. — Может, это то, о чем мечтаю и я, Старки. Чтобы кто-то ставил меня на первое место. — Вы думаете, что Кавена не способен на это? — Как может любой человек на его месте быть на это способным? — безнадежно спросила она. — Вы его еще хорошо не знаете. Дайте ему шанс, Ким. И… — Старки заколебался, а затем резко закончил — …постарайтесь быть с ним помягче в тех случаях, когда вы его не совсем понимаете. Он ведь всего лишь мужчина. Губы Кимберли сложились в дразнящую улыбку. — Так же как и вы. Вы уверены, что сведущи по части трактовки рода человеческого? Старки отхлебнул изрядный глоток виски. — Наверно, нет, но чувствую, что обязан попытаться. Ким тут же смягчилась. — Вы ему преданный друг, верно? — Давным-давно он спас мою жизнь. Позже я оплатил долг. Такое, хочешь, не хочешь, связывает людей. — Как он спас вам жизнь? — чуть нахмурившись, потребовала ответа Ким. |
