— Но она действительно обещала вызвать меня? — настойчиво допрашивала Кимберли. — Или просто заявила, что вы произведете небольшой фокус-покус и решите, как вам действовать дальше?

Зора высыпала порошок из маленького кожаного пакета на горящие угли и встала на ноги.

— Вы напрасно теряете время, пытаясь посеять сомнения в моей душе. Я верю в силу миледи. Она обещала, что однажды эта сила станет моей!

Зора повернулась и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Кимберли лежала, пристально разглядывая горящий уголь на жаровне.

Странный аромат стал распространяться по комнате. Кимберли принюхалась, теряясь в догадках. Аромат был на удивление соблазнительным. Травянистый запах был одновременно резким и сладким. Возможно, это какая-то часть ритуала, решила она. Повернувшись на бок, она продолжила извиваться, как гусеница, пытаясь ползти по кровати. Кимберли подползла к дальнему краю стеганого одеяла и стала рассматривать лампу, выискивая способ разбить стеклянное основание, не произведя много шума, когда вдруг начала спрашивать себя, а что она делает. Она глубоко вдохнула, отстраненно наслаждаясь странным ароматом, исходившим от жаровни, и стала размышлять, а стоит ли эта задумка таких усилий. Гораздо легче смежить веки и отдохнуть несколько минут. Может, после короткого сна она сможет яснее подумать над задачей, как разбить лампу. На самом-то деле, подумала критически Кимберли, с какой стати ей вообще захотелось разбить такой симпатичный кусок стекла? Что-то такое, связанное с представлением, как использовать острые осколки, чтобы разрезать ее путы, но сейчас это кажется крайне неосуществимым. Запах травы наполнял комнату, растекаясь по углам, легкой дымкой зависая над кроватью. Кимберли сделала еще один глубокий вдох и осознала, что за все годы не чувствовала себя такой расслабленной. Это была трудная ночь, решила она. Ей нужно угомониться. Противостояние родственникам, ссора с Кавеной, а потом долгое путешествие в шторм. Шторм. Снаружи за окном спальни гремели раскаты грома, и над океаном сверкали молнии. Мгновенная вспышка встряхнула ее. Было что-то, что ей предстояло сделать, какая-то задача требовала ее внимания. Стекло. Что-то, связанное со стеклом. Она уже использовала когда-то разбитое стекло, оцепенело вспомнила Кимберли. Для своей защиты. Там еще были серебряный нож и мужчина в сутане.

Стекло. Ей необходим кусок разбитого стекла. Нелепость какая-то. Зачем кому-то нужен кусок битого стекла? Глядя поверх кровати, Кимберли уставилась на угли в жаровне. Какие красивые угольки. И так замечательно пахнут. Жаль, что Кавены здесь нет, чтобы насладиться с ней этим ароматом. Но Кавена в безопасности в Сан-Франциско. Или нет? Ее разум вертелся вокруг этой мысли. Непохоже на Кавену спокойно стоять в стороне, когда ей угрожают. Он из людей, которые понимают ответственность. И у него определенные обязательства по отношению к ней. Он ее возлюбленный, твердила про себя Кимберли, и он считает своей работой защищать ее. Так как он может благополучно сидеть в отеле именно сейчас? Нет, он должен за ней прийти. Это единственный логичный вывод. Опасность. Где опасность? Так трудно на чем-нибудь сосредоточиться. А что там еще делает человек, когда ему угрожает опасность? Как-то все это кажется таким утомительным. С тех пор, как она начала наслаждаться запахом ароматного дыма от жаровни, ей все труднее вспоминать, что где-то в гостиной сумасшедшая Ариэль готовит бог знает какие идиотские ритуалы. Ей даже еще труднее вспоминать, что она, Кимберли, будет звездой этого намечающегося спектакля. Ариэль. Ариэль и дым. Ариэль знает много о растениях. Все эти травяные чаи, которые она предлагала людям. Некоторые растения воздействуют при сгорании. Кимберли нахмурилась, вспомнив пакетик порошка, который Зора высыпала в жаровню. За окошком сердито вспыхивали молнии, словно требовали, чтобы Кимберли сосредоточилась. На мгновение она послушно прислушалась, повернув голову и устремив взгляд в темноту.