Реально, магазин не подкачал, тут было всё – автозапчасти, аккумуляторы, автокосметика, аксессуары, шины, диски, масла, и так далее. Имелся свой шиномонтаж – как во всех приличных салонах. Несмотря на мощные позывы и мелкую дрожь, которую невозможно было унять, Святослав начал осмотр с аксессуаров – растягивал удовольствие. Он был уверен, что здесь самый большой выбор дисков и резины и среди них будут те самые, понравившиеся ему диски со спицами.

И, о чудо, когда он, превозмогая острую боль внизу живота, добрался до дисков, в одном из рядов огромного, от пола до потолка стеллажа, действительно увидел нужную модель. Зубы выбивали дробь, но Святослав, собрав волю в кулак, сумел объявить продавцу:

– Я беру вот эти!

Элла облегченно вздохнула. Но когда продавцы вынесли в зал коробки, она подняла голову и увидела цену: $110 за единицу, почти в два раза дороже, чем на рынке. И она возмущенно высказала это мужу.

– Рынок на Энергетиков… – презрительно сморщился продавец.

Продавец и менеджер убедительно разъяснили, что с лотка на открытом воздухе торгуют контрафактной продукцией и не дают гарантию, и только сертифицированный дилер продаёт фирменный товар. Святослав закивал: действительно, здесь, в салоне, диски упакованы в красивые коробки, а там, на Энергетиков, они были свалены кое-как. Отсюда и разница в цене. Но оно того стоит. Как он мог вообще польститься на паленые диски, на которых и ездить-то опасно!

К тому же, он уже дал слово, а продавцы потратили усилия и вынесли коробки в зал. Значит, надо платить. Покупка обошлась в $760, на $280 дороже, чем то же самое на Энергетиков (те же диски и точно такие же шины). Шиномонтаж сделали бесплатно. Пока рабочие перекидывали колёса в боксе, Святослав с Эллой сидели на диванчике в торговом зале. На журнальном столике перед ними стояли две чашки кофе. Элла выпила свой, но Святослав, мучимый сильнейшими позывами, не притронулся к чашке, так как кофе – мочегонное. Чтобы кассир не видела его перекошенное, позеленевшее как трава лицо, он надвинул панаму на глаза и низко наклонил голову.

Когда выезжали из бокса на новых колёсах, Святослав позабыл спросить насчёт старых. Автослесарь, поставивший их в угол так, чтобы они не бросались в глаза, не стал про них напоминать.

Не проехав и километра, Святослав резко затормозил, и, выскочив из машины, движимый императивными позывами к мочеиспусканию, не разбирая дороги, рванул на Смоленское кладбище, и там, расстегнув ширинку под кустом сирени, долго и экспрессивно испражнялся.

По мере опорожнения мочевого пузыря лицо Святослава светлело. Экстатическое чувство овладело им. Точно гора свалилась с его узких покатых плеч. Он ощутил прохладу облака на своей щеке. Перед затуманенным взором, шумно хлопая крыльями, пронеслись сорвавшиеся с могил каменные ангелы. Пленительные картины поплыли перед глазами. Застегнув ширинку, Святослав снял панаму и вытряхнул из неё жухлую траву. Затем нарвал вместо неё свежей и надел панаму обратно. Так он охлаждал свою голову.

Элла, выйдя из машины, любовалась обновкой. Вернувшийся с кладбища Святослав присоединился к ней. Она предъявила: всё-таки неприлично справлять нужду в обители мертвых.