Здоровяк выбил меч из рук соперника. Металл зазвенел по камням, скользя к толпе, где был остановлен чьей-то подошвой. Цыган сразу поднял руки.

— Ты победил.

Здоровяк уже чуть выдохся, но адреналина не утратил. Скорее наоборот — раззадорился.

— Меч я забираю, понял⁈

Цыган возражать не стал. Гигант же прошелся взглядом по толпе и налитые кровью глаза остановились на мне.

— Слышь! Ты чего лыбишься, урод?

Ну не могло же все пройти гладко, верно?

— Я просто смотрел за вашим боем.

— А сейчас просто пялишь и лыбишься! Что тебя так насмешило, брат⁈

— Слушай, я впервые в хабе. Давай не будем…

Договорить я не успел — мне в грудь ткнулось навершие меча, который протягивал мне здоровяк. Несмотря на то, что толпа гудела, пытаясь образумить мужчину, у меня с каждой секундой крепло ощущение, что этот бой был устроен для меня одного.

— Давай-ка скрестим клинки. Слишком уж мне нравится твое копье.

Копье и мне нравилось. Особенно зеленый наконечник, плюющийся искрами.

— Ну так давай сразимся копьями, делов-то.

— Боишься?

— Тебя? Ну, ты реально страшный, если ты об этом.

Наверное, я мог бы разрулить ситуацию: переступить через гордость, заставить себя улыбнуться наладить общение и убедить здоровяка, что ему на сегодня хватит острых ощущений. Мог, но не хотел. Прогибаться под каждым бесталанным клинкомахателем — спина устанет. Впрочем, ставить его на место я тоже не хотел — слишком незначительный повод, чтобы привлекать к себе внимание.

— Слышишь…

Я отмахнулся — развернулся и пошел прочь через толпу, краем глаза наблюдая за здоровяком. Тот не бросился ко мне, не выругался и не попытался кинуть меч мне в спину, но среди толпы внезапно оказались какие-то крепыши, стоящие плечами друг к другу.

— Ты куда так спешишь, парниш?

— Ну-ка, давай, погоди, постой, — присоединился второй. — Раньше тебя я не видел тут. Не уделишь нам рубасов сто?

— Дофига поэт? — ощерился я. — С дороги ушел.

Ситуация напоминала те, которые иногда мелькали у нас на районе, только вот я находился в роли человека, которого окружают со всех сторон плечистые мордовороты, хотя раньше среди плечистых стоял и я. И эта ситуация мне очень не нравилась. Меня она прям бесила.

— Парниша, поговори с нашим другом. Ты же понимаешь, что сбегать посреди разговора невежливо?

Когда тебя обступают, не важно, во дворе или на чужом острове, понимаешь, что представляешь сам. Даже если ты зассал, то сделай вид, что не зассал. Тут все всерьез, не разжалобишь слезами, не запугаешь папой, маму не позовешь.

Оборачиваюсь.

— Хочешь драки? Как ты смотришь на то, чтобы сразиться, поставив на кон не жалкие копья, а, допустим, остров? Или зассал?

Здоровяк зыркнул в сторону причала. Спустя несколько секунд к нему подскочил подросток и зашептал что-то на ухо.

— Надеешься на защиту?

— Нет, почему? Мы сразимся здесь, на копьях или на мечах, как захочешь. Предлагаю сразу до смерти. Победитель получит остров проигравшего. Защита ведь рано или поздно спадет, верно?

— Не жалко ставить на кон остров? — слегка протрезвел здоровяк.

— На такие ставки я готов, — киваю. — Давай сделаем это. Выгоним тебя из нашего светлого и приятного мира, а потом т и твоих друзей. Только сперва покажи, где твой остров, чтобы я его потом не искал.

Глава 19

Мечник провожать меня к своей базе не спешил.

— Слышишь, а смысл мне показывать тебе остров? Ты проиграешь, а где находится твой остров, я знаю.